Адмирал Ямамото. Путь самурая, разгромившего Пёрл-Харбор. 1921-1943 гг.

Прибыв в Мойла-Пойнт, Табучи оказал Угаки и Китамуре первую помощь, а потом отправил обоих в Буин. Сам, однако, остался, полагая, что, может, кто-нибудь жив из самолета номер 1 и, если их доставят к побережью, он понадобится для оказания помощи. Он прождал всю ночь, безутешно глядя на танцующих над костром мотыльков, но, узнав, что поисковая группа не добралась до места и, скорее всего, в живых не осталось никого, на следующий день, девятнадцатого, вернулся в Буин. Из одиннадцати трупов, доставленных в 1-е подразделение базы к закату солнца 20 апреля, Табучи исследовал только пять – Ямамото, флотского врача Такаду, офицера штаба авиации «А» Тоибану, адъютанта Фукузаки и старшего пилота Котани; неизвестно, кто осматривал остальные тела. Присутствовали четыре офицера: контр-адмирал Итагаки, командир 1-го подразделения базы и младший брат Итагаки Сейсиро, старший флотский врач флота Юго-Восточного района капитан 1-го ранга Окубо, старший офицер-медик 8-го флота капитан 1-го ранга Учино и капитан 3-го ранга Ватанабе из Объединенного флота.

Осматривая трупы, капитан 2-го ранга Табучи вслух описывал свои наблюдения, которые записывал офицер-медик Фукухара, приданный 1-му подразделению базы.

Затем рукой младшего офицера Икеды сделана точная копия, и на ее основе изготовлено по пять копий доклада о вскрытии и протокола вскрытия. Согласно этим документам, на теле Ямамото обнаружены раны размером с кончик мизинца там, где пуля вошла под углом в левую нижнюю челюсть и вышла с правой стороны, и входное отверстие размером с кончик указательного пальца в центре левой лопатки. Это отверстие идет вверх и вправо, но выходное отверстие не найдено. Ватанабе сам вставлял палец в рану, но пулю не нащупал. Левая сторона нижней одежды запятнана кровью. Китель слегка обгорел и имеет в двух-трех местах L-образные разрывы. Один летный сапог слегка поврежден, но нога не поранена. По лицу уже ползали трупные черви, но оно все еще удивительно сохранилось, и по нему можно опознать того самого адмирала Ямамото, которого Табучи видел на фотографиях в газетах.

Доктор Табучи, который в настоящее время руководит хирургической клиникой в Сайдайдзи, префектура Окайяма, тщательно хранил копии обоих документов. Официальные по сути, они содержат информацию, которая преподносится в значительно более лаконичной форме и использует более специальную терминологию, отчего возникает впечатление, что это весьма детальные и достоверные отчеты о событиях. Однако, если прочесть повнимательнее, обнаруживаются отличия от фактов, которые здесь приводились. Странно, однако, что неверен официальный протокол, чему сам Табучи свидетель.

В протоколе есть фраза: «Осмотр проведен на борту тральщика номер 15», но в то время старший офицер-медик Табучи не был на борту тральщика номер 15 – ждал, когда тела привезут в Буин. Кроме того, в протоколе есть слова «с момента смерти прошло примерно шестьдесят часов». Первоначальное число – «семьдесят часов», но затем оно изменено на «шестьдесят часов» и приложена официальная печать рядом с пометкой: «Одна цифра исправлена». В действительности протокол вскрытия составлен через семьдесят два часа после смерти Ямамото, так что неисправленная версия на самом деле верна. Короче, протокол изменен по приказу сверху, чтобы придать всему более благообразный вид. Примечательная иллюстрация того, что имеет в виду Такаги Сокичи, когда пишет: «Крайне опасно принимать на веру все официальные материалы, касающиеся войны».

Нет нужды обсуждать в деталях протоколы вскрытия остальных погибших. У Тоибаны перелом основания черепа, тело сильно разложилось. Адъютант Фукузаки и старший пилот Котани получили ожоги четвертой степени всего тела, а тела обуглены до такой степени, что в них трудно признать человеческие останки, – идентификация проведена по именам, написанным на летных сапогах.

Самое странное то, что написал флотский офицер-медик Такада в своем протоколе вскрытия: «Отмечены ожоги на верхней части тела и признаки сильного удара по голове, откуда вытекает, что перелом шеи привел к закупориванию жизненных органов и мгновенной смерти». Это описание еще более вымышлено, чем то, которое относится к Ямамото. «На нем не было абсолютно никаких видимых повреждений, – говорит Табучи, – поэтому просто удивительно, как он мог умереть».