Читаем Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя полностью

Телеграмма посла в Китае князя Н.А. Кудашева министру иностранных дел С.Д. Сазонову в Париж о подавлении мятежа генерала Р. Гайды против А.В. Колчака во Владивостоке

19 ноября 1919

[ГА РФ. Ф. Р-5805. Оп. 1. Д. 321. Л. 11]


Поздравление с подавлением мятежа генерала Р. Гайды представителей японских фирм главному начальнику Приамурского края генералу С.Н. Розанову

23 ноября 1919

[РГИА ДВ. Ф. Р-720. Оп. 2. Д. 106. Л. 371]

<p>Партизанщина</p>

Дезертиры, а также часть крестьян, недовольных налогами и мобилизациями в армию, составляли ударную силу партизанского движения в тылу Колчака. Самый крупный очаг партизанского движения сложился на юге Енисейской губернии, где особенно прославился дерзкий, неуловимый и отличавшийся исключительной жестокостью партизанский предводитель П.Е. Щетинкин (моя бабушка вспоминала, как проходивший через их село Щетинкин привязал священника за длинные волосы к конскому хвосту и дал шпоры коню). Борьба с партизанами отнимала немало сил, хотя их значение не следует преувеличивать. Среди неосоветских публицистов распространилось утверждение, будто «режим Колчака был уничтожен сибирскими партизанами», то есть «простыми сибирскими крестьянами». Это чистый вымысел. До лета 1919 года общая численность партизанских отрядов не превышала 20 тыс. человек, а их очаги были немногочисленными и локальными. Лишь в ходе поражений белой армии от красной, а особенно после крушения фронта в ноябре, к зиме 1919/20 года она выросла до 140 тыс.[713], а с учетом участников восстаний – почти вдвое больше.

Таким же лживым является утверждение, будто бы партизанские отряды состояли из «сытых и зажиточных сибирских крестьян, доведенных до озлобления произволом колчаковской военщины». На самом деле, основную горючую массу населения в Сибири составляли, как уже говорилось, не действительно зажиточные коренные сибирские крестьяне-«старожилы», а столыпинские переселенцы-«новоселы», несмотря на все старания еще царской власти обеспечить их землей настроенные в своей массе оппозиционно и в первую очередь завидовавшие богатству «старожилов», мечтая поделить их земли. Из обращений крестьян-старожилов к А.В. Колчаку: «Мы, крестьяне села [неразборчиво] Новониколаевского уезда, собравшись на сходе, постановили: чествовать тебя, друг Отечества Александр Васильевич, да пошлет тебе Бог силы уничтожить предателей Родины большевиков, возобновить величие России, созвать всенародное Учредительное собрание. Тоже просим [неразборчиво] что под твоим верховным руководством мы, сибиряки-крестьяне, положим все силы на борьбу с предателями большевиками. Для борьбы с бандитами постановили организовать дружину самоохраны, на нужды армии устраиваем сбор пожертвований»[714]. Как отмечал, в частности, в своем донесении управляющий Минусинским уездом Енисейской губернии в октябре 1919 года, «коренные сибиряки… ждут порядка, новоселы ожидают Щетинкина»[715].




Воззвание партизанского отряда Туманова на борьбу с Колчаком

21 мая 1919

[ГА РФ. Ф. Р-147. Оп. 10. Д. 77. Л. 5–6]


Сюда же следует добавить часть солдатской массы старого призыва, развращенной вольницей и анархией времен Керенского, составлявшую большинство дезертиров, являвшихся, как правило, наиболее активными участниками тыловых партизанских отрядов, поскольку вынуждены были скрываться от кары за дезертирство.

Наконец, это значительная часть рабочих, прежде всего железнодорожников, испытавших в 1917 году наибольшее воздействие большевистской пропаганды. И, напротив, как уже говорилось, более квалифицированные и высокооплачиваемые, кадровые уральские рабочие оборонных заводов, пострадавшие от большевистской уравниловки, составили ядро легендарных добровольческих Ижевской и Воткинской дивизий, прославившиеся исключительной стойкостью в войне с красными, а Ижевская дивизия даже была награждена за выдающиеся подвиги Георгиевским знаменем. Об этом, разумеется, как старые, так и современные советские пропагандисты предпочитают стыдливо помалкивать.

Впоследствии значительная часть этих партизан приняла участие в знаменитом Западно-Сибирском восстании 1921 года против советской власти (о чем ее сторонники также предпочитают умалчивать), но это уже другая история…

<p>Верховный правитель в быту</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже