Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя

Сыграло свою роль и чрезмерное увлечение наступлением соревновавшихся между собой колчаковских генералов, в котором они оторвались от баз и израсходовали ресурсы. По словам неоднократно цитировавшегося барона А.П. Будберга, «войска вымотались и растрепались за время непрерывного наступления-полета к Волге»[698]. Ему вторил в своем дневнике и премьер-министр П.В. Вологодский: «Мы все идем вперед и вперед, не закрепляя за собой тыла, не налаживая в нем надлежащего управления»[699].

Начатое позднее наступление Сибирской армии запоздало по времени и к концу июня захлебнулось. Оказавшись под угрозой быть отрезанной от Западной армии, уже отступавшей на восток, она тоже была вынуждена отступить. Сказывался и недостаток людских ресурсов: несмотря на огромную территорию, занимаемую Колчаком и включавшую всю русскую Азию, на ней проживало не более ¹/₄ населения России.

Показательно, что белогвардейские военные поначалу не придали серьезного значения маневру Фрунзе. Даже военно-академическая профессура в лице генерал-майора А.И. Андогского в конце мая, когда перелом уже явно обозначился, по-прежнему давала оптимистические прогнозы и призывала не обращать большого внимания на «замедление наступления на небольшом участке фронта в 100 верст шириной в направлении на Симбирск»[700]. Эту иллюзию поддерживал и тот факт, что еще в начале июня, когда в центре фронта армия уже отступала, на северном участке наступление, начатое позднее, еще продолжалось. Им казалось, что конец красных уже близок, а их частные успехи на отдельных участках фронта носят временный характер, что они не смогут постоянно «затыкать дыры» переброской войск с одного фронта на другой, так как одновременно ширилось наступление А.И. Деникина на Юге и Н.Н. Юденича на северо-западе. Белые недооценили внутренних резервов советской власти.

В результате Колчак отступил из Поволжья и потерял стратегическую инициативу. Боеспособность армии снизилась. Это позволило красным перебросить часть войск на Южный фронт, где разворачивал генеральное наступление Деникин. В июле красные вклинились в наиболее доступную часть Уральского хребта под Златоустом и захватили Пермь и Екатеринбург. Не имея сил сдержать их натиск, белые в августе эвакуировались с Урала на восток. Отрезанными от основных сил армии оказались на юге Урала оренбургские и уральские казаки. Их остатки во главе с атаманами А.И. Дутовым, Б.В. Анненковым, В.С. Толстовым вели партизанскую борьбу в Семиречье и Туркестане до весны – лета 1920 года, пока не были вытеснены в Китай и Персию.

Результатами были резкое сокращение численности армии, падение боеспособности, массовый рост дезертирства, истощение резервов, потеря на Урале больших запасов оружия и продовольствия, рост партизанского движения в тылу и сокращение помощи Антанты. С августа Англия и Франция сосредоточили свою помощь на наступавшей армии А.И. Деникина, а снабжение колчаковских войск оставили на попечение Америки и Японии, но со стороны этих последних помощь была крайне слабой.

Несмотря на все это, колчаковцы отступили с Урала в Сибирь организованно, избежав окружения. С Урала успели эвакуировать часть заводов, в том числе крупный Златоустовский оружейный завод. Дисциплина в войсках была подтянута; дезертиров стали расстреливать буквально пачками. Так, за попытку к бегству группы солдат из одного эшелона, следовавшего из Томска на фронт, военно-полевой суд расстрелял сразу 38 человек. Имущество и земли дезертиров конфисковывались. Были подтянуты и офицеры: некоторых за трусость разжаловали в рядовые, и приказы об этом были доведены до сведения всей армии. На основании приказов Колчака и командующих армиями и военными округами десятки офицеров были разжалованы за пьянство, разгул и неисполнение служебного долга.

Армия была реорганизована, сменено практически все высшее командование: Сибирская армия разделена на 1-ю (генерал-лейтенанта А.Н. Пепеляева) и 2-ю (генерал-лейтенанта Н.А. Лохвицкого), Западная армия переименована в 3-ю (генерал-лейтенанта К.В. Сахарова). Была учреждена должность главнокомандующего Восточным фронтом, на которую назначен опытный генштабист генерал-лейтенант М.К. Дитерихс; он же стал начальником штаба Верховного главнокомандующего, сменив на этом ключевом посту малокомпетентного генерал-майора Д.А. Лебедева.

Была усилена централизация власти. По указу Колчака от 7 августа, Совету Верховного правителя предоставлялись дополнительные широкие полномочия по организации обороны. Параллельно, для увеличения денежных ассигнований на фронт, был резко сокращен разбухший бюрократический аппарат, штаты министерств и ведомств уменьшены на 38 %[701]. В июле 1919 года в белой столице начали реквизировать для нужд армии автомобили и экипажи.

Не избежали мобилизации даже многие женщины. Ряд женщин, состоявших на государственной службе, были призваны на военно-санитарную службу в качестве медсестер.