3)
Не случайно в этих условиях наиболее слабым и аморфным оказалось демократическое движение, в котором главенствовали эсеры. Уже к концу 1918 года оно было раздавлено большевистским террором в центре страны и сброшено белыми на востоке, что, как мы увидим из следующей главы, и привело к власти Колчака. По закону поляризации сил в экстремальных исторических ситуациях, главными противоборствующими силами в русской смуте оказались крайние течения – большевики и белые.
Помимо этого, привходящую роль в Гражданской войне играли национальные движения на окраинах страны и иностранные державы. Но первые из них были слишком слабы (действительно масштабным столкновением была лишь война Польши с Советской Россией в 1920 году).
Сепаратизм большевиков во внешней политике и их экстремизм внутри страны, а также их отказ платить долги старой России привели к полной международной изоляции советской власти в первые годы ее существования. К тому же большевики не скрывали, что их конечной целью является мировая революция. Коммунистическая идеология поползла из России по Европе, как эпидемия, дойдя до неудавшихся революций в Германии, Венгрии, Чехословакии (Баварская, Венгерская и Словацкая советские республики 1919 года). Она породила многочисленные зарубежные компартии, управлявшиеся советской Москвой с помощью созданного в марте 1919 года Коминтерна и служившие ее агентурой на Западе. Запад не мог не реагировать на это. К концу 1918 года с Советской Россией разорвали дипломатические и торговые отношения все государства мира. По инициативе держав Антанты она была подвергнута экономической блокаде.
Но каковы были масштабы вмешательства иностранных держав, много лет непомерно преувеличивавшиеся советской пропагандой в легендах о «походе 14 держав» и им подобных? По условиям подписанного с большевиками Брестского мира, немцы и их союзники оккупировали Польшу, Прибалтику, Белоруссию, Украину, Донбасс, Новороссию, Крым и Закавказье. По окончании Первой мировой войны, побежденные Антантой, по условиям Компьенского перемирия они были вынуждены эвакуировать свои войска.
Ввод войск держав Антанты проходил под флагом помощи Белому движению и был более
В обоих случаях, как видим, «интервенция» великих держав совершенно не затронула коренные, внутренние области России. Более того, она практически не сопровождалась вооруженными столкновениями, не считая ограниченной помощи англичан белогвардейским войскам генерала Е.К. Миллера на Крайнем Севере, носившем характер второстепенного локального участка Гражданской войны. Этих столкновений избегали как большевики – по вполне понятным причинам, так и сами иностранные державы. Ни одна из них не находилась в состоянии войны с Советской Россией. Немцам и их союзникам не нужен был второй фронт, от которого они только что удачно избавились. Но и державы Антанты не шли на широкое военное вмешательство – даже после победы над Германией в ноябре 1918 года, когда руки у них, казалось бы, стали свободны. Уже в январе 1919 года министр иностранных дел Франции С. Пишон заявил, что союзники в России ограничатся «реорганизацией русской армии (т. е. Белой. –
На то у них были три серьезных причины:
1) Собственная истощенность четырехлетней мировой войной (как экономическая, так и человеческая).
2) Популярность советской власти в первые годы ее существования среди рабочего класса и демократической общественности на Западе. Даже само по себе