Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя

«18 ноября 1918 года Всероссийское Временное правительство распалось. Совет министров принял всю полноту власти и передал ее мне, адмиралу Русского флота Александру Колчаку.

Приняв крест этой власти в исключительно трудных условиях Гражданской войны и полного расстройства государственной жизни, объявляю:

Я не пойду ни по пути реакции, ни по гибельному пути партийности. Главной своей целью ставлю создание боеспособной армии, победу над большевизмом и установление законности и правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, который он пожелает, и осуществить великие идеи свободы, ныне провозглашенные по всему миру.

Призываю вас, граждане, к единению, к борьбе с большевизмом, труду и жертвам.

Верховный правитель адмирал Колчак»[142].

Чтобы сгладить впечатление от «незаконности» произошедшего переворота в общественном мнении, Колчак предпринял маневр. Было официально приказано «выявить» виновных в аресте Директории и предать их суду[143]. Перед судом предстали исполнители – казачьи офицеры полковник В.И. Волков, войсковые старшины И.Н. Красильников и А.В. Катанаев. Уже на следующий день после переворота министр юстиции официально информировал общественность об их «явке с повинной» и о сделанном ими заявлении, что «сообщников» они не имели, а руководствовались исключительно патриотическими соображениями. Красильников, правдоподобия ради, даже отдал своим казакам приказ, «чтобы никто не выступал на его защиту, если он будет арестован, судим и расстрелян»[144]. На суде обвиняемые выдвинули версию, будто арестованные ими члены Директории сами участвовали в некоем «заговоре партии эсеров» с целью «переворота слева» (доля правды в отношении «заговора эсеров» была: одним из непосредственных поводов к ускорению переворота стал вызвавший возмущение в правых кругах, формально незаконный призыв председателя съезда членов Учредительного собрания В.М. Чернова к партии эсеров создавать свои военные организации).

Приветственное обращение группы общественно-политических организаций к Верховному правителю адмиралу А.В. Колчаку

27 декабря 1918

[ГА РФ. Ф. Р-176. Оп. 7. Д. 2. Л. 21–22]

Военный суд, состоявшийся всего через 3 дня после событий, оправдал всех троих обвиняемых, и Колчак утвердил этот приговор. Адвокатом выступал известный кадетский лидер В.А. Жардецкий. Для соблюдения внешних приличий их на время перевели из Омска в другие места службы, где они вскоре были повышены в чинах в знак благодарности. Этим инцидент официально был исчерпан.

Впоследствии, в ответ на распространившиеся в заграничной прессе разноречивые толки о причинах и содержании переворота 18 ноября, колчаковское правительство выступило с официальным заявлением, в котором охарактеризовало свергнутую власть Директории как «неделовую», лишенную политического единства и раздираемую партийной борьбой, обвиняло ее бывших руководителей-эсеров в узкопартийных интригах, привнесении политической деятельности в армию (по печальному образцу 1917 года) и попытках создания эсеровской партийной военной организации[145].

Реакция в Сибири, на Урале и Дальнем Востоке на омский переворот была в основном благоприятной. Премьер-министр П.В. Вологодский в своем дневнике отмечал, что «переворот не вызвал общественного сочувствия к Директории», а его «участники прослыли за героев»[146]. Слишком многие желали установления твердой власти. В адрес Верховного правителя посыпались многочисленные приветствия от местных органов власти, общественных организаций, воинских соединений и частей, отдельных граждан.

Из телеграммы Всероссийского совета съездов торговли и промышленности организациям предпринимателей на местах: «Торгово-промышленный класс уже давно на своих съездах единодушно заявляет, что путь к возрождению России лежит в создании сильной, единоличной национальной Верховной власти. Совет съездов ныне горячо призывает вас оказать новой власти самую дружную поддержку и принять участие в деятельной работе по созданию экономической мощи страны и устранению царящей в ней разрухи». Ему вторил съезд судовладельцев Сибири. Приветствуя Колчака как «испытанного, доблестного вождя русского флота», съезд заявлял: «Только единоличная власть, опирающаяся на боеспособную армию и государственно мыслящие группы русского общества, может восстановить погибшую русскую государственность и защитить национальные интересы России»[147].

Предпринимательский класс не просто безоговорочно поддержал Колчака, но восторженно приветствовал его. Из телеграммы торгово-промышленного союза освобожденной от большевиков Перми А.В. Колчаку: «Земной поклон и глубокую благодарность прими от нас, твоих сограждан, первый гражданин и собиратель Земли Русской»[148].