Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя

Открытые выступления против переворота со стороны защитников свергнутой демократии (прежде всего из рядов партии эсеров) были единичными и довольно быстро были подавлены. Эсеровские и социал-демократические (меньшевистские) газеты расценили переворот как реакционный, как «первую ступень восстановления монархии, первый шаг к полной и неприкрытой реставрации»[156], язвительно называли Колчака «Александром Четвертым»[157]. В «Заявлении членов Всероссийской Директории о государственном перевороте в Омске в ночь с 17 на 18 ноября 1918 г.», опубликованном высланными за границу бывшими членами Директории, говорилось: «Переворот совершен не населением, которое молчало, а кучкой людей, давно тесно спаянной, сговорившейся между собой и в тиши заговора подготовившей преступный план переворота… Это немногочисленные правокадетские и торгово-промышленные круги, в тесном контакте с монархическими офицерскими кружками и с частью бывшего Сибирского правительства… Немногочисленные, но сильные своей сплоченностью, на фоне пассивного населения и обессиленных рядов демократии, заговорщики избрали орудием переворота офицерские круги»[158].

Центрами сопротивления «слева» стали съезд членов Учредительного собрания в Екатеринбурге и «совет управляющих ведомствами» в Уфе. Съезд членов Учредительного собрания готовил возобновление деятельности этого разогнанного большевиками парламента к началу 1919 года. С ним в Екатеринбурге находилось и руководство партии эсеров во главе с Виктором Черновым – председателем Учредительного собрания.

Обращение съезда членов Учредительного собрания об организации сопротивления перевороту Колчака

18 ноября 1918

[ГА РФ. Ф. Р-176. Оп. 12. Д. 30. Л. 5]

Уже утром 19 ноября съезд на пленарном заседании принял воззвание «Ко всем народам России» с призывом к борьбе за устранение «кучки заговорщиков». В планах были формирование и посылка в Омск отряда войск. Но на призыв не откликнулись ни солдаты, ни рабочие, раньше предоставлявшие вооруженную дружину для охраны съезда. Колчак отдал приказ о роспуске съезда и об аресте его руководителей, включая самого Чернова.

Воззвание делегации эсеров и членов Учредительного собрания к солдатам с призывом к восстанию против «буржуазной диктатуры Колчака»

5 декабря 1918

[ГА РФ. Ф. 10073. Оп. 2. Д. 327. Л. 3]

Но пока по городу распространялись прокламации эсеров с призывами к восстанию, вечером того же дня отряд офицеров и солдат из прибывшего с фронта 25-го Екатеринбургского полка горных стрелков, не дожидаясь приказа Колчака, ворвался в гостиницу «Пале-Рояль», в которой проживали члены Учредительного собрания, разоружил эсеровских предводителей и учинил погром. Был смертельно ранен депутат Муксунов. 19 человек во главе с В.М. Черновым были арестованы.

Генерал Р. Гайда, командовавший войсками в этом районе, выполнил приказ Колчака, правда, не в полной мере. Учитывая настроения чехов, сочувственно относившихся к «учредиловцам», он через два дня распорядился освободить арестованных и выслать в Челябинск, где основу гарнизона составляли чехи. При их помощи многим видным эсерам и меньшевикам, включая самого В.М. Чернова, удалось скрыться. Но в дальнейшем некоторых из них задержали и вновь арестовали.

Офицеры, учинившие налет на депутатов до приказа свыше, во исполнение воинской дисциплины сами подали формальные рапорты о предании их военному суду. Естественно, в сложившейся ситуации судить их никто не стал. Более того, за преданность полк был награжден именем Колчака и с тех пор именовался: 25-й Екатеринбургский адмирала Колчака полк горных стрелков (интересно, что последним командиром этого полка был родной старший брат известного советского кинорежиссера Сергея Герасимова – Борис Аполлинариевич Герасимов). Зато по делу ЦК партии эсеров, возглавившей сопротивление перевороту, было возбуждено следствие.