Агенты Берии в руководстве гестапо

А Брюнинг в начале 1932 г. попал в неприятное положение. С кризисом справиться никак не удавалось. Оппозиция усиливалась. И ко всему прочему, в этом году истекал семилетний президентский срок Гинденбурга! Возникала опасность, что при таком раскладе избиратели его прокатят. И Брюнинг задумал продлить срок полномочий президента на два года под тем предлогом, что Гинденбург уже стар, и треволнения избирательной кампании могут отрицательно сказаться на его здоровье. Но для такого серьезного нарушения конституции следовало заручиться согласием лидеров крупнейших оппозиционных партий. В первую очередь – нацистов. Гитлер ответил твердым отказом. Он уже и сам чувствовал себя настолько уверенно, что намеревался претендовать на президентский пост.

Да, намеревался. Выставил свою кандидатуру. Выборы состоялись. Фюрер на них проиграл. Но как проиграл! И кому! Самому Гинденбургу! Гитлер набрал 11,5 млн. голосов против 18,5 млн. И вышел вместе с президентом во второй тур. Где за фюрера проголосовало 13,4 млн. – а за Гинденбурга 19,4 млн. Такая популярность нацистов не в шутку озаботила Брюннинга, и он решил попросту разгромить НСДАП. Предыдущие полицейские операции дали многочисленные доказательства ее незаконной деятельности.

И канцлер добился принятия закона о роспуске СА и СС, запрете ношения членами НСДАП военизированной партийной формы. 13 апреля 1932 г. по всей Германии полиция приступила к грандиозной операции в рамках этого закона. Закрывались базы, штабы, казармы, учебные центры СА и СС, конфисковывалось имущество. И снова отличились начальник политической полиции Берлина Рудольф Дильс, а в Баварии – Генрих Мюллер. Несмотря на то, что после прошлых провалов и обысков места нацистских складов и баз были изменены и содержались в тайне, мюнхенской полиции они оказались известны. А поскольку с СА и СС были неразрывно связаны партийные механизмы, то Мюллер еще раз разгромил всю баварскую организацию НСДАП.

Как раз тогда впервые проявило себя СД во главе с Гейдрихом. Стало ясно, что полиция имеет информатора в партии, и в поединке спецслужб Гейдрих победил своего будущего подчиненного. Начал расследование и довольно быстро вычислил Майзингера. Прижал его уликами. Очутиться где-нибудь в канаве с проломленным черепом Майзингеру совсем не улыбалось, и он предпочел согласиться на сотрудничество. То есть фиктивно по-прежнему работал на полицию, а на самом деле стал информировать СД о планах и замыслах полиции. Гиммлер высоко оценил успех своей службы безопасности, произвел Гейдриха в штандартенфюреры и поручил ему провести дальнейшую реорганизацию и расширение СД, которая отныне превращалась в единую внутрипартийную службу разведки и контрразведки.

Впрочем, бороться с правительственными гонениями больше не потребовалось. Потому что песенка Брюннинга была спета. Преодолеть или хотя бы смягчить кризисные явления правительство не смогло, весной 1932 г. количество безработных достигло 6,5 миллионов. А «дамоклов меч» выборов больше не висел над Гинденбургом, он получил полномочия на следующий семилетний срок. И ближайшее окружение президента – его сын Оскар, начальник канцелярии Мейснер, Папен и Шлейхер уговорили его сделать «козлом отпущения» канцлера, пожертвовать им. 30 мая Брюннинг был снят. Его пост занял фон Папен.

Мюллер меняет хозяев

На 1932 г. пришелся пик советско-германской «закадычной дружбы». Рука об руку действовали спецслужбы двух стран. В архивах сохранилась записка полпреда в Берлине Хинчука в Москву от 1 марта 1932 г., касающаяся новых германских предложений о совместном ведении разведки против Польши (ЦГАСА, ф. 33987, оп.3. д.342, л.180). И Ворошилов дал на это согласие своим письмом от 12 марта (там же, л.179–180). СССР и Германия действительно считали себя вероятными союзниками. В Генштабе РККА под руководством Тухаческого в том же году был разработан детальный план войны против Польши. Вести ее предполагалось вместе с немцами. Правда, малочисленному и ограниченному в вооружениях рейхсверу отводилась вспомогательная роль, основной удар наносился советской стороной. Но некоторые элементы этого плана впоследствии были использованы германским генштабом – массированные бомбардировки Варшавы, расчленение польской обороны ударами механизированных бригад и корпусов. В приложенной к плану пояснительной записке для Сталина Тухачевский обосновывал, что готовность к реализации «может быть достигнута уже к концу 1932 г». Также указывалось: «В настоящей записке я не касался ни Румынии, ни Латвии. Между прочим, операцию подобного рода очень легко подготовить против Бессарабии».