Акустические территории

Ритм вообще – как измеряемое время, так и физическое ощущение – направляет отношение самости и окружения, одновременно разрушая их разделение и утверждая его в культурной форме: бит – это сразу и телесная интенсивность, бьющая по коже и костям, и специфические выражения культурного движения, посредством которых ритм становится кодированной культурной выбойкой. В этом смысле разница между битами рока и хип-хопа измеряется не только в физическом опыте, как бьющая по телу интенсивность, но и как измеренное время, очерченное культурными структурами и их формами выражения, что делает бит безошибочно определенным. Участвовать в биении – значит поддерживать то, что оно дает, как физическую силу, собранную и в конечном счете используемую в соответствии с музыкальным смыслом. Вибрационные движения, испытанные в детстве, проявляются в музыкальном вкусе, заявляя о себе на перкуссионной территории. Тем самым «музыка оказывает воздействие на тело, функционируя как устройство для захвата телесных процессов и телесного поведения»[180].

Это переплетение биений и движений, энергии и тел может лучше высветить причину, по которой у автомобилей такие особые отношения с музыкой. Автомобиль, сопровождаемый своим музыкальным партнером, стал интенсивно звучащей машиной, которая реализует радикальную потенциальность в создании опыта прослушивания на большой скорости. Автомобиль становится генеративным пространством – замкнутый, он предоставляет телу слушателя возможность приватного взаимодействия с музыкой, а также придает громкость и вибрацию интенсивности движения. Благодаря своим особым акустическим свойствам он усиливает присутствие бита. Автомобиль как физическое пространство представляет собой оптимальную музыкальную машину, акцентирующую объемный звук и басовую вибрацию. Благодаря амплификации на колесах автомобиль предоставляет музыкальному выражению дополнительный толчок, уже встроенный в данное музыкой обещание движения, управляя музыкальным драйвом с помощью персонализированного контроля и глубокой инерции.

Как транспортное средство автомобиль также вносит существенный вклад в персонализацию передвижения по миру, заворачивая самость в кокон стилизованного внутреннего пространства, каждая из особенностей которого предлагает множество средств для направления индивидуального выражения, при этом оставаясь публичной. Гостиная на колесах, звуковой пузырь – автомобиль представляет собой тотальный проект, наделяющий водителя большими возможностями. В звуковом плане он работает как персональное устройство для прослушивания, поскольку аудиальные структуры ищутся и культивируются путем самоотбора так, чтобы иметь дело с публичностью[181]. Как аудиальное поле он снабжает слушающее тело очищенным набором звуковых интенсивностей, направляя музыку непосредственно на тело и в каждую по́ру.

Автомобиль в корне дополняет такой опыт, полнее раскрывая способность контролировать собственное пространство и перемещая такой персонализированный интерьер в направлении публичного. Обе операции приобретают бо́льшую силу благодаря автомобилю, в результате чего акустическая приватность (согласованная с самой механикой и ритмами внутренних функций машины) ритмически определяется, а контроль публичного присутствия акцентируется через стилизацию приватности. Автомобиль – это вторая кожа.

Развивая свое исследование персональных стереосистем и использования айподов, Майкл Булл рассказывает об автомобильной приватности и ее акустических аспектах; отталкиваясь от понятия «жилище», он подчеркивает способность автомобиля создавать домашний комфорт и безопасность. Такое жилище укрепляется за счет своих аудиальных особенностей, изолирующих водителя от внешнего мира и создающих условия для насыщенного слухового интерьера. Как уточняет Булл, «акустическая приватность автомобиля достигается именно через изгнание беспорядочных окружающих звуков опосредованными звуками кассеты или радио»[182]. Такая точка зрения придает вес психологическому беспокойству, испытываемому в связи с угрозой внешнего шума.