Акустические территории

Приватность жилища, которую Булл считает характеристикой автомобиля, и связанные с такой приватностью слушательские привычки опрокидываются звуковой утечкой, которая бесповоротно ведет автомобиль в направлении его окончательной публичной передачи – автомобиль буквально грохочет вниз по улице. Мегабасовые звуковые системы напрямую объявляют о стилизации – их слышат до того, как увидят. Таким образом, подобно чистому холсту, допускающему символическое выражение через краски и росписи (на что указывает Брайт), автомобиль-лоурайдер является еще и звуковой машиной, придающей культурной идентичности глубокую форму амплификации. Грохот баса и бита, которые в основном ощущаются и слышатся как поразительные вибрации, звуковое давление и осциллирующая волна, пульсация, выступают составной частью идентичности автомобиля и его водителя или экипажа, направляя, согласно ритмическому пульсу, массу энергии на всех, кто невольно ее слышит. Автомобиль, таким образом, есть сцена производства биений, которая расширяет кожу – барабана, тела, а теперь и машины – вплоть до резонирующей формы улицы. Влезая в машину и врубая музыку, водитель передает мощное послание, которое находит свою энергию в объединяющем пульсе этой звуковой вибрации; автомобиль создает общую кожу для всех тех, кто занимает его интерьер, объединенный общим грувом, растекающимся и пульсирующим по всему телу, делая автомобиль машиной для изготовления глубокой энергии в самом сердце культуры – пробуждая глубокий пульс, жаждущий выразительной формы. Разложить, раскроить и попрать заданное социальное и городское окружение – автомобиль в буквальном смысле выступает средством для зондирования того, что лежит впереди; его звуковой грохот – эхолокационное устройство, используемое в поисках открытой дороги или переполненной улицы. Нельзя ли услышать, как мегабасовая вибрационная энергия этого машинного звукового тела вновь отбивает насилие, которое улицы выплеснули на мексиканоамериканскую и афроамериканскую молодежь города – как отклоняющий щит, превращенный в басовую культуру?

Оснащение автомобиля мегабасовыми звуковыми системами может эхом откликнуться на радиофонических нововведениях департамента полиции Лос-Анджелеса; отдельный полицейский получает протезный потенциал, который порождает эффективное схождение человека и машины. Обеспечивая связь между транспортными средствами, полицейские звуковые системы также снабжаются средствами амплификации – на сей раз голоса, раздающегося изнутри автомобиля; благодаря внедрению мегафонов, прикрепленных к крыше или бокам машины, этот голос может обращаться к вам прямо из-за руля. Автомобиль превращается в расширение авторитарного тела, и это проявляется, когда вы слышите, как из машины раздается голос полицейского, чьи телесные пропорции тем самым увеличиваются, а раздающийся голос есть голос команды. Такой потенциал, впрочем, сворачивается обратно благодаря его применению рабочими-мигрантами с лос-анджелесской фермы, где под руководством Сесара Чавеса они совместно создают «автомобильные караваны», – в 1960-х годах Чавес заручился поддержкой лоурайдерских автомобильных клубов, чтобы сигналить клаксонами и вещать через громкоговорители: распространять слово. В этом смысле автомобиль буквально оккупирует улицу с двусторонним движением, перемещаясь между официальными и неофициальными сценариями; подобно пешеходу, водители прокладывают собственный маршрут сквозь городскую сеть.

Бум-бум-бум

Хотя сама практика существовала задолго до этого, термин «лоурайдер» был придуман лишь во время Бунтов в Уоттсе в 1965 году для обозначения курсирующих по городу молодых людей, которые не только занижали свои автомобили, но и стремились оставаться вне поля зрения полиции, то есть «не высовываться». С момента своего зарождения в конце 1930-х годов и по сей день лоурайдинг пробуждает образы банд и молодежного насилия, превращая сам вид автомобиля-лоурайдера в угрозу мейнстримной культуре[193]. Полевые исследования банд представителей среднего класса, проведенные Говардом и Барбарой Майерхофф в Лос-Анджелесе начала 1960-х годов, подчеркивают сплавление автомобилей и гангстерской идентичности: