Алешка, Аленка и Баран-Бурундук (история третья)

— Хорошо?! — папа усмехнулся. — Вот если бы ты свободно проплывал метров пятьсот, это называлось бы «хорошо»! А так — ты плаваешь чуть-чуть, именно поэтому мы с мамой и не разрешаем тебе заплывать далеко в море. Если б тебе позволили, ты попытался бы доплыть до Турции, и, конечно, утонул. Плавай вдоль берега, сынок! Проплывешь от пирса вот до той косы — купим тебе матрас!

После этого разговора Алешка и Аленка начали усиленно упражняться в плавании. Было ясно, что за две недели они не смогут научиться плавать так, чтобы одолеть расстояние, которое обозначил папа. Но была надежда доплыть от пирса до косы на следующий год, и получить в подарок матрас. Может, не такой красивый, как у мамы, но зато — свой собственный!

В общем, время текло весело. Кроме моря, морских камешков и ракушек был еще тир — вся семья ходила стрелять туда по вечерам. В тире стреляли по банкам из-под кофе и малюсеньким пластиковым фигуркам всяких зверушек. Как ни странно, лучше всех стреляли мама и Аленка — если папа и Алешка всегда попадали по банкам, а по зверушкам промахивались, то мама и Аленка попадали и по зверушкам.

— Женщины хорошо стреляют, — утешал папа Алешку. — У них руки слабее, и это почему-то помогает им стрелять лучше мужчин. А почему так — я и сам не понимаю!

— Не расстраивайся, — говорила брату Аленка. — Зато ты умеешь плавать, а я почти не умею.

Алешка кивал, но все-таки мечтал научиться стрелять лучше сестры.

В общем, все было почти безоблачно, пока однажды утром не случился скандал.

Тем утром мама разбудила Алешку и Аленку не привычным ласковым: «Вставайте сони, солнце скоро сядет, а вы еще не купались!», а по-другому.

— Дети, кто ходил ночью на кухню? — сказала мама строго.

Алешка и Аленка приподнялись на своих кроватях, не понимая.

— На какую кухню, мама? — пролепетала Аленка.

— Здесь кухня одна! — ответила мама. — И я хочу знать, кто из вас все это натворил!

— Натворил — что? — не понял Алешка.

— Пойдемте, я освежу вашу память!

Они пошли на кухню.

Там и впрямь было на что посмотреть — дверца холодильника оказалась открытой. Тот, кто ее открыл, не тронул молоко и колбасу, но съел весь виноград и все персики — косточки от персиков валялись на столе и на полу.

Мама подняла одну косточку с пола и внимательно осмотрела ее, словно пыталась определить, кто же все-таки съел персик.

— Я хочу знать — вы сделали это вдвоем? — спросила она. — Или у нас в семье не доедает кто-то один?! Причем — сильно недоедает, ведь он съел то, что было куплено вчера вечером на пятерых!

Алешка и Аленка переглянулись.

— Мам, я персики не ела! — сказала Аленка.

— И я не ел! — сказал Алешка. — Может, это Сеня? — предположил он.

— Сеня всю ночь спал, — отмахнулась мама. — К тому же он не смог бы открыть дверь в кухню, не смог бы открыть холодильник, а если бы и открыл, то не дотянулся бы до верхней полки! И даже если б ему в руки попали персики, то он не смог бы съесть их все! Хотя наверняка каждый из них надкусил бы!

— Но мама — это не мы!!!

Мама вздохнула.

— Дети, — сказала она. — Мы с папой не будем слишком строго вас наказывать. Нам не жалко персиков — рынок рядом и мы в любой момент можем купить еще. Просто мы не хотим, чтобы вы вот так ели их — ночью, втихую, как воришки! И уж тем более не хотим, чтобы вы нам врали! Скажите — кто это сделал?

— Может быть, в дом действительно залезли воры?! — предположила Аленка.

Мама вздохнула.

— Воры не охотятся за персиками, — ответила она. — Воры берут деньги, иногда — ценные вещи… В общем так — не знаю, что решит папа, когда придет с рыбалки, а я запрещаю вам сегодня купаться в море. И в тир мы сегодня не пойдем. И персиков с виноградом мы сегодня не купим. Да, кстати — когда в следующий раз будете рыться ночью в холодильнике, не забудьте закрыть дверцу. Дверца в холодильнике должна быть всегда закрытой — иначе холодильник портится. А он все-таки чужой!

Мама закрыла дверцу холодильника и вышла из кухни.

— Возьмите веник и уберите кухню! — донесся из коридора ее расстроенный голос.

— Ты ел персики? — спросила Алешка брата.

— Я не люблю персики, — ответил тот. — Ты же знаешь! Я съел бы виноград, а к персикам не притронулся бы!

— И я не ела, — вздохнула Аленка. — Честное слово — не ела!

Алешка вгляделся в глаза сестры и понял — она говорит правду.

— Обидно, когда незаслуженно наказывают, да? — пробормотала Аленка.

— Знать бы, кто это так с нами учинил, — сказал Алешка. — Уж я бы его…

— Я бы тебе помогла! — заверила девочка.

— Давай убирать! — сказал Алешка и взялся за веник.

Весь день Алешка и Аленка вынуждены были просидеть на берегу, завистливо поглядывая на плещущуюся в море детвору. И мама, и папа с ними почти не разговаривали. Дети уныло собирали ракушки и кормили хлебом чаек.

Только к вечеру папа и мама разрешили детям выкупаться в море. И, конечно же, они купили им фруктов — наказание наказанием, а детей без витаминов оставлять нельзя.

Вечером случилась новая напасть.

Только вся семья села ужинать, как прибежала квартирная хозяйка.