Аляска преданная и проданная. История дворцового заговора

Однако, пренебрегая очевидностью существующих реалий и здравым смыслом, не говоря уже о государственных интересах, в. кн. Константин Николаевич предлагает к началу 1864 года лишить компанию всех льгот и привилегий: «Вследствие всего вышеизложенного, я полагал бы необходимым, в видах общей государственной пользы: продолжить только на два года, т. е. по 1 января 1864 года действие нынешнего устава Компании без всяких льгот и преимуществ и немедленно объявить ей, что с 1 января 1864 года оканчиваются ее привилегии»[270]. Кроме того, великий князь настаивает, чтобы «с 1 января 1864 г. подчинить Российско-Американскую компанию постановлениям общим для всех акционерных компаний, не представляя ей никаких особых прав и преимуществ»[271]. К этому сроку, по мысли великого князя, необходимо будет ввести казенное управление: «В течение этого времени составить и к тому сроку ввести на местах в действие положение об управлении колониями нашими в Америке и на островах Восточного океана посредством лиц, назначаемых от Правительства и вовсе независимых от Компании, но подчиненных начальству Восточной Сибири»[272].

Что касается промыслов в колониях, то Константин Николаевич предлагает ввести следующие меры: «С 1 января 1864 г. разрешить всем русским подданным производство промыслов и торговли, которые составляли по ныне исключительно право Компании, и объявить об этом дозволении ныне же как в России, так и в Сибири. С того времени производство этих промыслов и торговли обложить налогом в пользу казны. Вменить в обязанность колониальному начальству назначать по очереди местности для отдыха и размножения в них зверей, или так называемые заказники, запрещая всем промышленникам охоту в подобных местах и устроив, чтобы промышленники друг за другом наблюдали за исполнением этого правила»[273].

Комментируя эти предложения, барон Ф. П. Врангель предвидел, что при их реализации явится скорый упадок промыслов: «В коммерческом смысле акционеры от такой перемены, вероятно, не понесут больших убытков, но это ненадолго: от соперничества непременно произойдет то, что чрез непродолжительное время морских котов, бобров и выдр изведут точно так же, как истреблены они во всех местностях, где промысел их не ограждался заботами исключительно привилегированной компании. Никакие правительственные меры тут не помогут»[274]. «Правительство, – предостерегал Ф. П. Врангель, – от таких мер не только понесет убытки, связанные с казенным содержанием края, но и не сможет им управлять. Содержание колоний от Правительства не оплатится предполагаемыми налогами на промыслы и торговлю. В какой мере может выиграть край, лишенный главнейшего источника своей доходности – пушных зверей, – нам совершенно непонятно, зная притом на опыте неприменимость сложного административного механизма Правительства к тем отдаленным полудиким странам»[275].

Следует отметить, что радикальные предложения Константина Николаевича были сделаны до получения результатов ревизии. Основанием для его заключений стали описания путешествий мореплавателей, отчеты компании и мнение генерал-губернатора Восточной Сибири. Ревизия, инициированная великим князем, должна была стать, по его убеждению, самым весомым аргументом для устранения Российско-американской компании от управления колониями: «Имея в виду, что в продолжение 60 лет Компания имела не только торговое, но и правительственное значение, обревизовать ныне же за все это время делопроизводство Главного Правления оной посредством особой комиссии от Министерств финансов, иностранных дел и морского»[276].