Аналитика как интеллектуальное оружие

В-пятых, вопрос о характере общеметодологического знания. Любой серьёзный научный труд обладает некоторыми качествами, выводящими его за пределы узкой (декларируемой) предметики. Грубо говоря, если рассматривать его с узкоприкладной точки зрения библиографа или компьютерного рубрикатора, то он «написан не на тему», то есть его содержательный аспект не совсем совпадает с названием. Попробуйте, читатель, дать более адекватные названия своим самым любимым, в том числе научным, книгам. Так, в добротном, но несколько устаревшем ныне труде А. Маршалла о принципах экономической науки, весьма развёрнуто и методично, многофакторно рассматривается состояние экономической мысли преимущественно в Великобритании (в реалиях до 1910 г.), её эволюция характеризуется деятельностью выдающихся «островных» аналитиков – А. Смита, Д. Рикардо, показана связь с потребностями страны, оформление в юридические и социальные институты, тредюнионы, воздействие на международную сферу и т. д. Однако, наверное, гораздо интереснее другое, почти потерянное в России в нашу эпоху ноу-хау (англ. know-how – «технологические секреты») общеметодологического знания, его значение, пути формирования, эволюция внутренней связи, построения междисциплинарной парадигмы. Книга А.Маршалла в своих авторских отступлениях даёт читателю сегодня гораздо больше полезной информации, нежели английские экономисты XVIII века, о которых он пишет [Маршалл 93].

Очевидно, общеметодологическое знание в рамках своей парадигмы, прежде всего, придаёт целеполагание конкретному исследованию, жизни доминирующих идей, систему его ориентирования на социально-экономической карте.

Трудно себе представить, что школьники прошлого, например, в 1815 году изучали санскрит или динамику торговли шерстью для личного удовольствия, хотя такие чудаки, несомненно, были и есть. Видимо, дух каждой эпохи через парадигму общенаучного знания диктует целеполагание, параметры и направленность поиска, равно и практической социально-экономической деятельности.

Можно предположить, что на рубеже XIX–XX веков многие зрелые умы, и А. Маршалл в том числе, осознавали уникальность и неповторимость британского опыта в развитии частнопредпринимательской конкурентной среды и её идеологии, пользовались вызванными этим благами и богатствами. Однако они же осознавали неприменимость этого опыта в других странах (при других параметрах страны, места и времени) и ограниченность возможности эволюции этих форм, обусловленных характером частной собственности (воинствующего буржуазного индивидуализма), порождённых им социальных институтов. Целью труда А. Маршалла был многомерный показ этой британской проблемы, не решаемой строго в рамках экономической науки.

Подобное целеполагание может быть декларативным – в названии книги, может иметь практический аспект, однако в любом случае оно рассматривает реальную проблему громадной важности, нацелено на практику. Связь с практикой в научно-методологическом аспекте выражается в тщательности формулировок, максимально возможной точности научного языка, знании наработанного массива научной информации (то есть самого предмета), в обусловленности научного поиска национальным менталитетом и характером, местом и временем.

Прикладная, инструментальная направленность практического воздействия требует знания исторической цепочки принятия решений, обусловленного традиционной связкой: доступное научное знание – юридическая практика механизма принятия решений.

Из этого вытекает, что общеметодологическое знание должно быть весьма добротно структурировано внутри себя как по линии междисциплинарных взаимодействий – юриспруденция, технологии, финансы, внешняя торговля и т. п., так и по степени достоверности самого знания (известно – неизвестно, степень достоверности, причинные ряды, сами методы получения нового знания).

Далее, есть ещё более высокий ярус отправных точек, назовём его аксиоматическим, он находится на стыке с мировоззрением учёного и его этикой. Например, на ту же тему есть работа [Рих 98], где человеческая мотивация, очевидная для журналистского здравого смысла, подразделяется в рамках общеметодологического знания по харакктеру его носителей: стоиков, разрушителей, игроков, авантюристов, гедонистов, душеспасителей и богостроителей. Список можно дополнить: также квиетистов, фантазёров, метафизиков, типичных представителей массового человека, альтруистов, мизантропов, вырожденцев по М. Нордау и Ч. Ломброзо, анархистов, социалистов, вся «голубятня» по Г.П. Климову, сознательные пролетарии по В. И. Ленину.