Аналитика как интеллектуальное оружие

При всём глубоком безразличии человека массового, из народа, к внешней политике страны из-за его невежества в этих вопросах всё же они его затрагивают весьма существенно – и прямо, и косвенно, ибо за подобную нечёткую, недоктринальную политику всегда приходится расплачиваться, и в российском контексте буржуазно-ориентированная (самостоятельная, самодостаточная) личность – всегда жертва. Или же личность такого типа вынуждена приспосабливаться, так и не приступив к собственному социальному проекту и не зная, то ли уходить в глухую оборону, ждать более благоприятной конъюнктуры, то ли развивать собственный бизнес, то ли, пока ворота не закрылись, продавать жильё и последней электричкой добираться в Хорватию, пока там ещё есть возможность получить Евро-гражданство. Отсюда, наверное, и интуитивное понимание того, что никакие внешнеполитические перемены практически не вызывают практически никаких реакций ни в каких стратах и сословиях общества. В России нет активно борющихся за что-то или против чего-то лоббистов, ибо всем очевидно: сами правила игры внутри страны суть единственное правило – без правил, и оно по своей сути не меняется. Какие-то крошечные фракции высших управленцев выражают узкие клановые интересы (сырьевики, нефтедобытчики, компрадоры), но вряд ли в масштабе всей страны их интересы играют какую-либо роль в установлении внешнеполитического (а тем более, внутриполитического) курса страны. Со времён князя-беженца Андрея Курбского русская элита отчётливо понимала: Россия настолько громадна, неповоротлива, непредсказуема, что для решения своих личных проблем (прагматических интересов) проще рассчитывать на свои поступки, нежели строить какие-то зыбкие конструкции (в том числе вербовать единомышленников), дабы подправить, слоббировать правила игры, ибо это всегда кончается Лобным местом, возвышением для казни, что и сейчас на виду на Красной площади напротив Кремля.

Вот простое сопоставление. Недавно ТВ показало: американский частный капитал приступил к освоению… Луны (!). Наши же граждане зачастую не могут создать простую лавочку, магазинчик. Нам пытаются доказать сверху, что бизнес – это не дело интеллигенции (беспочвенной и никчёмной), но исключительно клановой бюрократии. Интеллигенция, естественно, не согласна, ищет альтернатив – на улице. Наверное, можно констатировать: что несмотря на громадное разрушение материальных ресурсов, де-факто буржуазной революции в стране так и не произошло.

Другой подход – доктринальный, чётко фиксированный, он подразумевает соотнесённость внешнеполитической ориентации и внутреннего строительства. Дважды в новейшей русской истории мы пытались пунктуально идти этим путём.

В царствование Николая II перед I Мировой войной передовая политологическая мысль России тотально ориентировалась на Англию и Францию, на демократические ценности против германского авторитаризма. Однако эта ориентация не учитывала недемократичность Русской Политической Традиции, (всегда монархической, авторитарной), что привело, помимо неготовности к войне, к деморализации элиты и распахиванию дверей для коммунистической пропаганды, а в целом – к страшному краху государства и страны.

Сталинская коммунистичесая доктрина – явление того же порядка: она доразрушила историческую Россию. Наверное, трудно говорить о национальных недостатках, скорее здесь напрашиваются аналогии с индийским понятием кармы – национально-исторической обусловленности бытия.

Брежневская эпоха, несмотря на все её недостатки, наверное, если смотреть в целом, была близка к высшему взлёту Русской цивилизации, хотя 3 % элиты ощущали дискомфорт, стремились эмигрировать вовне или внутри, тогда как 97 % пролетариев чувствовали себя востребованными во всенародном государстве.

Наверное, и внешняя политика России сегодня в целом вполне сбалансирована, с учётом потенциала и возможностей (не только финансовых) страны даже можно говорить об определённом общенациональном консенсусе по вопросам внешней политики, чего, например, совершенно нет в вопросах политики внутренней. Вообще, реальная политика, международная особенно, это отнюдь не произвол, какофония, но шахматная партия, и у гроссмейстеров этой игры выбор осмысленных ходов весьма ограничен. Сейчас доминирует прагматика, что весьма оправданно. Даже без методичек калькуляции эффективности внешней политики видно: в исторической перспективе, а для неё и 20 лет не срок, новая и эффективная внешняя и внутренняя политика всегда начинается с яркого лидера и кардинальной смены вех-ориентиров.

Несколько слов хотелось бы сказать и в связи с проведением в России в 2014 году зимних Олимпийских игр в Сочи.