Анастас Микоян. От Ильича до Ильича. Четыре эпохи – одна судьба

Постепенно были восстановлены отношения со злейшим врагом Сталина – югославским лидером маршалом Тито. В мае 1955 года Хрущев отправился в Белград. В состав делегации не был включен Молотов, зато был включен Микоян, что могло указать Тито на либеральный ракурс внутренней политики руководства СССР. Ни он, ни Хрущев в тот период еще не были готовы к открытой критике Сталина, а Тито требовал именно этого. Однако Хрущев и Микоян весьма интересовались югославской моделью социалистического развития – альтернативой сталинской модели. Так или иначе, Микоян и Тито сблизились настолько, что осенью 1955 года Микоян провел в Югославии две недели (официально это был отпуск).

Наблюдения за развитием югославской экономики все более наталкивали Микояна на идею заимствования опыта и модернизации советского сельского хозяйства[368]. В то время Хрущев и Микоян уже активно готовились к проведению ХХ съезда. С подачи Микояна и одобрения Хрущева уже собирались материалы, которые впоследствии легли в основу сенсационного хрущевского доклада. Можно не сомневаться, что Микоян в той или иной степени проинформировал Тито о скорых и решительных переменах в СССР, и Тито остался очень доволен: сам ход истории подтверждал его правоту!

В Москве нормализации отношений с Югославией активно препятствовал Молотов, не изменивший своей позиции даже после того, как Микоян по просьбе членов президиума ЦК пытался поговорить с ним неформально. В конце концов Молотов и Микоян, когда-то соседи и товарищи, рассорились прежде всего из-за противоположной позиции в отношении к разоблачению преступлений Сталина. В числе прочих причин это фатально сказалось на судьбе Молотова, вскоре вошедшего в «антипартийную группу» и отстраненного от власти в 1957 году.

С 1 по 26 июня 1956 года Тито находился с официальным визитом в СССР. Микоян готовил этот визит с советской стороны, участвовал во всех переговорах, сопровождал Тито в поездках по Кубани, Ставрополью, в Сочи, в Крым, редактировал все итоговые документы и провожал Тито в обратный путь. (О визите Б. Тито в СССР см. документы в сборнике «Президиум ЦК КПСС. 1954–1964. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. Постановления». Т. 2: Постановления. 1954–1958. – М., 2006. С. 305–307.)

Через четыре месяца маршал Тито официально и публично осудил силовое подавление венгерского мятежа Советской армией, и контакты между СССР и Югославией были свернуты. Разумеется, о каком-либо заимствовании югославского экономического опыта уже не могло быть и речи.

6

12 марта 1956 года в Москве внезапно скончался глава Польской объединенной рабочей партии (ПОРП) Б. Берут – его смерть неофициально связывают с потрясением от прозвучавшей на ХХ съезде критики Сталина. Другая неофициальная версия – самоубийство. Официальная причина смерти – воспаление легких. Первым секретарем ПОРП стал Э. Охаб. И тот и другой во время войны проживали в СССР и считались ставленниками Кремля.

В июне 1956-го в польской Познани начались беспорядки. Рабочие выступили под лозунгом «Хлеб и свобода», их протесты были подавлены армией, погибло более 50 человек.

Идеологом «польского пути» к социализму считался популярный политик В. Гомулка, в свое время исключавшийся из Польской рабочей партии, отсидевший в тюрьме, освобожденный в 1954-м и восстановленный в партии в 1956-м.

А. И. Микоян, Н. С. Хрущев и И. Броз Тито во время визита

в СССР

Охаб и польские руководители под давлением Гомулки и его сторонников довольно быстро стали склоняться к пересмотру отношений с СССР. Поводом стало не только восстание в Познани и рост антисоветских и антирусских настроений среди польских рабочих и интеллигенции, но и, например, споры по поводу цен на бурый уголь. В Москву от имени ЦК ПОРП сообщили просьбу отозвать из польской армии и органов госбезопасности советских советников (офицеров КГБ)[369]. Тревожные сообщения подтолкнули Хрущева к решению нанести визит в Варшаву во главе делегации ЦК КПСС. Однако руководство Польши прислало в Москву сообщение о том, что не считает такой визит целесообразным.

Эмоциональный и взрывной Никита Хрущев и в спокойном состоянии не отличался дипломатичностью суждений, а когда ему доложили об отказе поляков, он просто рассвирепел. К чести первого секретаря, он принял решение не выступать с докладом на пленуме ПОРП, поскольку может «выйти из себя». Доклад должен был сделать Микоян. Кроме Хрущева и Микояна, в Польшу отправились Молотов, Каганович, Жуков и Конев, а также другие генералы.

Анастас Микоян и Вильгельм Пик

Прилетев в Варшаву и едва покинув самолет, Хрущев увидел, что встречавший его министр обороны Польши маршал Рокоссовский одиноко стоит в стороне от польских руководителей: Охаба, Гомулки и Циранкевича. Хрущев набросился на них с яростными обвинениями. Гордые поляки были оскорблены. Они получили еще одно доказательство, что их не уважают и относятся как к вассалам.