Анатомия шоу-бизнеса. Как на самом деле устроена индустрия

е) работа СМИ и фотографов на концерте, в студии, на репетициях. Пресс-атташе – посредник между артистом и СМИ. Все предложения артисту по части съёмок, интервью, радиоэфиров и прочего – всё это происходит через связь с пресс-атташе группы. Она за это отвечает непосредственно головой. Поэтому, когда кто-либо напрямую звонит или пишет артисту с вопросами об участии оного где-либо, это является непрофессионализмом, дурным тоном, неэтичным поведением. По-простому и народному – скользкой хитрожопостью. С такими хитрецами иметь дело себе дороже, поверьте. Да и в среде профессионалов с ними, как правило, стараются более не сближаться.

Задачи техника в группе: следить за исправностью сценического оборудования и подготавливать сцену к саундчеку. Он же отвечает за сохранность груза в поездке. Техник во время концерта всегда следит, не понадобится ли кому из музыкантов помощь на сцене. Мы часто просим техника приобрести и поставить на инструменты новые струны, если это необходимо. И каждый музыкант лично сообщает технику приемлемые варианты марки и размеры струн, нужные ему. Техник порой прямо по ходу концерта меняет струну на инструменте, если та порвалась. Техническое состояние микрофонов, шнуров и прочего подобного оборудования стоит на контроле у техника.

Звукорежиссёр обязан следить за выполнением технического райдера группы. Всё ли, согласно договору, предоставлено и присутствует на сцене.

По всем случаям несоответствия и невыполнения чего-либо техник и звукорежиссёр должны своевременно обратиться к директору группы, который, в свою очередь, будет решать вопрос с местными организаторами концерта. Субординация и ещё раз субординация.

5.4. Распределение денег в группе. Делёж добычи

В этом вопросе есть много вариантов. Но данный аспект отношений должен быть оговорён в самом начале карьеры коллектива, в тот момент, когда никакого заработка ещё и не предвидится. До всех и каждого должна быть донесена схема распределения заработка в группе, и контролем данного вопроса должен заведовать директор группы. А значит, это человек, которому вся группа безоговорочно доверяет, который делами и поступками, своим отношением к коллективу заслужил это доверие. Честно скажу, даже при всём при этом бывают казусы, и не нужно к этому относиться трагично, заламывая руки в горе неописуемом. Да, люди слабы, все люди слабы. И никогда не знаешь, когда, кого и как подкосит искушение. Сумел искусам воспротивиться, остался честным другом и коллегой – почёт тебе и уважение, мой дом – твой дом. Но не всегда так бывает, увы.

Коллектив наш, начав в своё время неплохо зарабатывать, стал откладывать деньги на «мёртвый сезон» (время, когда концертов нет, ибо вся уважаемая публика разъезжается по дачам и морям в отпуска). Мы осознавали, что придётся как-то жить почти три месяца без концертов. И восемь ртов нужно как-то кормить, а у многих из восьми уже были семьи, у кого-то и дети. Дело серьёзное. Но в какой-то момент из-за семейных трудностей наш бывший директор стал откровенно косячить в своей работе. Плюс к этому один раз возникла недостача в кассе группы, потом второй. Мы закрывали на всё глаза, хоть и выказывали ему свои недовольства, в основном из-за того, что по его недоработкам страдали именно мы, музыканты. То там не поселили нормально, то там не накормили, то здесь пришлось ехать кое-как в плацкарте на перекладных. В общем, устали мы от таких казусов и высказали ему своё «фи». В ответ на это наш бывший директор просто пропал с радаров. Перестал отвечать на звонки. А на носу лето, отпуска, отсутствие работы. И как-то уж дозвонился до него наш барабанщик и спросил: «Ну что же ты пропал? Работа-то будет?» А тот в ответ: «Я от вас ушёл!» То есть вот так, без предупреждения. Ну и барабанщик, естественно, спрашивает: «Ну, раз такое дело, бери с кассы свою долю и остальное возвращай нам. Нам на что-то жить нужно всё лето!» А тот ему запросто вот так: «Ничего я вам не отдам. Я вас кинул!» А в кассе было на тот момент под семьсот тысяч, всё нами заработанное и отложенное на лето. Всё, что у нас было на всех. Я к чему это рассказал? Да к тому, что мы все поверить в это не могли. Нас это просто оглушило. Человек с нами бок о бок прожил почти 8 лет. Делил с нами еду, жильё, все невзгоды и победы. Вкладывался в нас, когда нам было тяжело поначалу. Ни единого плохого слова мы про него никому не говорили, берегли, так сказать, честь его. И в одночасье, в один нежданный миг получили такое. Неделю ходили как ушибленные, а потом просто махнули рукой, типа, Бог ему судья. Раз уж решил за единомоментный куш отказаться от будущего – его дело. Выживем как-нибудь. Лето на сухарях провели в растерянности и нищете, но потом ситуация выправилась, и к нам пришёл новый директор, да такой, что и по сей день мы всей группой за него Бога благодарим. И дальше дела пошли пуще прежнего да в радости.