Андрей Громыко. Дипломат номер один

Он говорил, что Советский Союз располагает достаточным количеством ракет среднего и дальнего радиуса действия, чтобы уничтожить всех противников в Европе и разрушить основные города в Соединенных Штатах. Не сомневался, что его вооруженные силы способны в первый же день войны уничтожить Германию, Францию и Англию. Конечно, Советский Союз тоже понесет потери, заметил первый секретарь ЦК КПСС, но европейские страны просто превратятся в пустыню. Никита Сергеевич вновь и вновь возвращался к разговору о разрушительных возможностях советских ракет, настойчиво повторял, что Советский Союз превосходит Соединенные Штаты по ракетам, а против ракет нет защиты. С веселой улыбкой он пересказал анекдот, придуманный англичанами:

– Пессимист говорит, что для уничтожения Англии достаточно шести атомных бомб, а оптимист утверждает, что понадобится девять или десять.

Никсон пришел к выводу, что Хрущев вовсе не таков, каким хочет казаться. Когда обсуждаются серьезные вопросы, он трезв, холоден и невозмутим. Никсон составил себе и представление о дипломатической тактике советского лидера. Во-первых, Хрущев требует того, на что не имеет права претендовать. Во-вторых, угрожает войной, если не получает требуемого. В-третьих, обвиняет других в том, что они создают угрозу миру, отказываясь принимать его требования. В-четвертых, в уплату за мир получает как минимум половину того, на что без всяких оснований претендовал вначале.

Важнейшие переговоры глава партии и правительства провел без совета с министром иностранных дел, хотя Громыко столько лет проработал в США. И другие партийные руководители смело полагали, что могут обойтись без консультаций с Андреем Андреевичем. В результате московские гости иной раз выглядели весьма экзотически.

С 20 января по 6 февраля 1960 года в Индии и Непале находилась большая советская делегация. В нее входили председатель Президиума Верховного Совета СССР Климент Ефремович Ворошилов, секретарь ЦК Екатерина Алексеевна Фурцева и первый заместитель председателя Совета министров Фрол Романович Козлов. 9 февраля, через два дня после возвращения делегации, на Президиуме ЦК обсуждали итоги поездки. В протокол записали ритуальную формулу: «Одобрить работу, проведенную делегацией в составе тт. Ворошилова, Козлова и Фурцевой во время пребывания в Индии и Непале, и считать результаты поездки полезными».

Министр иностранных дел СССР А.А. Громыко во время проводов в Италию на Внуковском аэродроме. 15 февраля 1974

[ТАСС]

На самом деле обсуждение прошло не так гладко. Фрол Козлов, докладывая, сообщил, что по вине Ворошилова были «недоразумения».

Фурцева уточнила:

– Когда вышли из всемирно известного мавзолея Тадж-Махал в индийском городе Агре, недовольный Климент Ефремович плюнул. А индийцы кинохронику выпустили.

Сопровождавший делегацию первый заместитель Громыко Василий Васильевич Кузнецов, терпеливейший человек, пожаловался:

– Товарищ Ворошилов с претензией о себе заявлял, чтобы его больше показывали, обзывал меня подхалимом.

Громыко припомнил все прежние грехи Ворошилова на встречах с иностранными делегациями. Самым ярким примером были слова Климента Ефремовича на переговорах с президентом Италии Джованни Гронки и министром иностранных дел Джузеппе Пеллой. Престарелый маршал, устав от переговоров, предложил итальянцам:

– Давайте кончать базар.

Никита Сергеевич, подводя итоги обсуждения, предложил «считать полезной работу делегации», а относительно маршала заметил с намеком:

А.А. Андреев, С.М. Буденный и К.Е. Ворошилов. 1965

[ТАСС]

– Самолюбие заедает товарища Ворошилова. Надо бы товарищу Ворошилову самому попроситься на отдых.

В мае 1960 года Климента Ефремовича на посту председателя Президиума Верховного Совета сменил Брежнев. И он увидел мир, закрытый почти для всех советских граждан! Леонид Ильич начал ездить за границу, где его принимали как главу государства со всеми почестями. Он улыбался фотокорреспондентам и кинооператорам. Его фотографии появлялись в газетах, его показывали в кинохронике. Он с достоинством принимал иностранные награды. И сам с видимым удовольствием вручал награды, поздравлял, устраивал приемы. Не отказывался от возможности выступить. Произносил речи с подъемом и вдохновением.

Вот Леонид Ильич благоразумно советовался с Громыко и его подчиненными. И взял себе в помощники по международным делам опытного дипломата Андрея Михайловича Александрова-Агентова. Тот служил в посольстве в Швеции, потом возглавлял скандинавский отдел в МИД. Под его началом когда-то стажировался молодой партийный работник Юрий Андропов – перед тем как отправиться на работу за границу.

Леонид Ильич сам позвонил Александрову-Агентову:

– Это Андрей Михайлович? С вами говорит Брежнев. Мне бы очень хотелось поговорить по одному вопросу.

Брежнев сразу взял быка за рога: