Андрей Громыко. Дипломат номер один

По сути, он совершил подвиг. Ежедневно часами изводил себя гимнастикой. Плавал, чтобы укрепить мускулы рук и плечевого пояса. И заставил верхнюю часть тела слушаться себя. На горячих источниках в Джорджии ему проводили курс гидротерапии и массажа парализованной нижней части тела.

Он сумел сделать так, что о его болезни американцы не подозревали. Конечно, ключевую роль сыграли постоянно сопровождавшие его корреспонденты, которые не писали о том, что полиомиелит превратил президента страны в инвалида. Рузвельт не хотел, чтобы его видели беспомощным, поэтому не появлялся там, где стало бы ясно, что он не в состоянии ходить. Каждое его появление на публике было тщательно продуманным. Сохранились всего два снимка, на которых он сидит в инвалидном кресле. Оба сделаны близким родственником, которому Рузвельт доверял, и при его жизни не публиковались.

На публике Рузвельт или сидел, или стоял, держась за поручни, за трибуну, а то и опираясь на руку одного из своих помощников. Иногда, преодолевая мучительную боль, он делал несколько шагов, если этого нельзя было избежать. Например, когда он выступал в конгрессе. Громыко отмечал, что никто не видел и следа боли на его лице! Только горделивая улыбка и полная уверенность в себе!

После своей первой инаугурационной речи Рузвельт двинулся вниз по ступеням Капитолия к машине на глазах множества людей, опираясь на руку сына. Он с усилием вращал своим мощным торсом, двигая вперед парализованные ноги. При этом с его лица не сходила улыбка.

Став хозяином Белого дома и оказавшись впервые в Овальном кабинете, Рузвельт сел в кресло. Ящики письменного стола были пусты. Не нашлось даже листка бумаги. Он знал, что должна быть кнопка вызова секретаря, но не отыскал ее. В конце концов он громко крикнул, чтобы кто-нибудь вошел.

Наделенный ярким политическим талантом и обаянием, он был наголову выше своих соперников. Когда Рузвельта избрали президентом, Америке приходилось туго – последствия глобального экономического кризиса. Два миллиона человек бродили по стране в поисках работы. На свалках вспыхивали драки за объедки и одежду. Говорили о кризисе, самоубийствах, революции.

Ф. Рузвельт и В.М. Молотов на встрече в Вашингтоне. Июнь 1942

[РГАСПИ]

Вступая в должность, президент Рузвельт произнес речь, которую транслировали сто восемьдесят радиостанций:

– Страна нуждается в действиях, и действиях немедленных. Я попрошу конгресс дать мне широкие полномочия, такие же, какие были бы мне даны в случае нападения на страну внешнего врага.

И это не были пустые слова. Он начал действовать на следующий день после вступления в должность. Страна обрела лидера, который знал, что нужно делать, и вселял уверенность в окружающих. За восемь лет администрация Рузвельта преобразовала американскую экономику.

Во время ремонта Белого дома в 1934 году Рузвельт перенес Овальный кабинет из центральной части западного крыла в юго-восточный угол, что позволяло ему, не попадаясь никому на глаза, проезжать в кабинет в своем инвалидном кресле.

Рузвельт принимал советского полпреда в Белом доме, который являлся для него и служебной резиденцией, и домом. Громыко знал, что Рузвельт каждый день плавает. И что бассейн в Белом доме построили на деньги, собранные по подписке. Жители Нью-Йорка сделали подарок бывшему губернатору. Бассейн был для Рузвельта единственной формой физической активности. Он прекрасно плавал и играл в водное поло. В воде он не чувствовал себя инвалидом. Приходил в отличное настроение, смеялся. Друзья шутили, что в бассейне Рузвельт ведет себя, как гиппопотам.

Франклин Рузвельт был ограничен в передвижениях, и развлечения доставлялись ему на дом: кино, карточные игры, коктейли. Президент не отказывал себе ни в виски с содовой, ни в мартини. Хозяйство в Белом доме вела Генриетта Несбит. Она готовила из рук вон плохо: овсянка жидкая, супы водянистые, салаты из консервов. Гости давились и кривились.

Министр внутренних дел Гарольд Айкс записал в дневнике:

Вечером президент и Элеонора Рузвельт давали ежегодный обед для членов правительства. Должен признать, что обеды в Белом доме – не слишком вдохновляющее мероприятие, да и пиршеством это не назовешь. Я спокойно отношусь к еде, но какой смысл выкладывать ножи и вилки из золота, если подают жалкий кусок жареной баранины.

Миссис Рузвельт сообщила, что всем предложат по два бокала вина, и сдержала обещание. Шерри было еще туда-сюда, но шампанское пить было просто невозможно. Я сделал глоток и отставил бокал.