Андрей Первозванный. Опыт небиографического жизнеописания

Во время обыска я находился за предлами Аона, но по представленію Протата, который ршилъ не защищать вора-чужеземца, былъ арестованъ и нахожусь теперь въ тюрьм города Патры — по горькой ироніи судьбы или, скоре, Божественнаго промысла, именно тамъ, гд, согласно древнимъ дяніямъ, и закончилъ свой путь св. апостолъ Андрей. И чувствую я себя, Милостивый Государь, подобно герою того вздорнаго апокрифическаго житія, основной текстъ коего я Вамъ какъ-то уже посылалъ. Вотъ что говорится въ самомъ его конц:

«Черезъ сто двадцать лтъ после кончины апостола воцарился христолюбивый Императоръ Константинъ [т. е. выходитъ полная чушь — что св. апостолъ Андрей скончался ажъ въ 186-мъ году!]и, основавъ на мст Византія городъ своего имени, попытался свезти святыя мощи преподобныхъ апостоловъ и мучениковъ въ основанный имъ городъ, думая, что мощи скончавшихся за Христа станутъ оберегомъ и огражденіемъ для сего города и отгонятъ отъ него всякаго врага. И вотъ, онъ послалъ за этимъ по всмъ провинціямъ и собралъ съ великой честью мощи святыхъ.

Пришли же и въ Патры Ахейскіе за апостоломъ. Тутъ начался ужасный плачъ и стонъ, вдь вс люди кричали со слезами: “Если хотите сокровище наше забрать, то сначала насъ умертвите! Если врача нашего хотите забрать, то сначала насъ убейте или живыми отправьте въ адъ”. И тысячу другихъ вещей кричали они Императорскимъ слугамъ. А архіепископъ, человкъ благочестивый и украшенный всеми добродтелями, спокойно и безъ волненія обратился къ толп: “Мужи братія и сограждане, какъ мы желаемъ покровительства и заступничества Первозваннаго, такъ и могущественный и непобдимый нашъ Императоръ хочетъ его защиты. Поэтому если угодно апостолу и любитъ онъ нашего могущественнаго Императора больше насъ, то пусть взойдетъ на повозку, а если насъ любитъ больше Императора, то не взойдетъ”. И замолчалъ народъ.

Тогда попросили, чтобы мощи положили на ложе и вс ихъ поцловали, что вс и сдлали. Ибо, разстеливъ пурпурное ложе, помстили сверху мощи святого, и вс ихъ облобызали, отъ мала до велика. А одинъ изъ отцовъ города, человкъ весьма родовитый и неудержимо врившій въ апостола, пришелъ и, начавъ отъ головы лобызать и обливать слезами мощи, дошёлъ до ногъ. И какъ добрался онъ до правой ноги святого, то положилъ мизинецъ его ноги себ въ ротъ и откусилъ его зубами, думая про себя: “По горячей и искренней вр хоть немножко заберу я отъ членовъ святого, чтобы было у насъ это какъ память и оберегъ”.

А когда взялъ онъ это, Императорскіе слуги, поднявъ святыя мощи и положивъ ихъ на повозку, довезли въ сохранности до Константинополя. И вотъ Императоръ, съ великой радостью принявъ честныя мощи святого и всеславнаго апостола и построивъ храмъ во имя апостола (sic!), положилъ его тамъ съ величайшимъ славословіемъ. Многія исцленія случились по пути и случаются въ Константинопол и по сей день во славу Господа нашего Іисуса Христа, Коему слава и держава съ Безначальным Отцомъ и Святымъ Духомъ, нын и присно и во вки вковъ, аминь».

Вотъ такъ и я, словно съ апостольскимъ мизинцемъ во рту, сижу теперь и думаю: а чего надобно мн было такого, что ршился я на такой шагъ? Славы? Денегъ? Удовольствія отъ осознанія своего превосходства? Не знаю! Знаю лишь одно — что міръ этотъ, въ которомъ я столько лтъ уже прожилъ и надъ которымъ я такъ глупо надругался, много миле мн теперь всхъ моихъ хитросплетеній и прежнихъ мечтаній. И дастъ Господь, вернусь я когда-нибудь въ монастырь, уже не Аонскій, конечно, не богатый древними рукописями, а простой и безыскусный, который до самыхъ оконъ засыпаетъ снгомъ, гд рдкій солнечный лучъ есть величайшая на свт радость.

Засимъ остаюсь искренне Вашъ

худйший священноинокъ Ампелiй +

Р. S. И вотъ что еще, дорогой Григорій Александровичъ. Ваша якобы случайная встрча съ нашей прекрасной и удивительной Ниной Туманишвили осуществилась не безъ моего участія, ибо я заране вычислилъ, что вы въ одно и то же время окажетесь въ стнахъ Государственной рукописной библіотеки, хотя и не могъ предполагать всхъ обстоятельствъ. Въ дальнйшемъ я предуготовлялъ вашему союзу (въ появленіи коего ни минуты не сомнвался) одну изъ самыхъ значительныхъ ролей въ своей авантюр, но, какъ видите, ни ей не пришлось осуществиться, ни ваши отношенія, увы, пока далеко не продвинулись. И въ этомъ также есть моя вина: я не взялъ въ соображеніе, что, посылая Нину къ этому презабавному «схіепископу» (какъ онъ самъ себя величаетъ) Горгонію, дабы добыть у того записи одного покойнаго іезуита-оріенталиста, я тмъ самымъ толкаю ее въ лапы горгонитовъ, куда такъ часто попадаютъ не устроенныя въ жизни ученыя барышни. Но видитъ Богъ, я не хотлъ этого! Простите меня великодушно и постарайтесь всеми силами, какія въ Васъ только имются, вызволить оттуда Нину, если она, конечно, такъ дорога Вамъ, какъ она мн сама о томъ писала.

3. В ХРАМ АПОСТОЛОВ

— Отец игумен, прибыли паломники из какой-то глухой деревни, требуют выставить все наши святыни для поклонения.