Антология плагиата: от искусства до политики

Глава Министерства связи и массовых коммуникаций России Николай Никифоров защитил диссертацию под названием «Инновационная модель управления информационными потоками в сфере оказания государственных электронных услуг: на примере республики Татарстан». Это произошло в Казанском национальном исследовательском технологическом университете в декабре 2011 году – к тому времени Никифоров уже был заместителем премьер-министра Татарстана. Активисты «Диссернета» утверждают, что он использовал диссертацию Александра Сосновского, которая была посвящена проблемам управления информационными потоками в здравоохранении. Никифорову оставалось лишь удалить из текста то, что касалось здравоохранения, с заменой на то, что соответствовало тематике его работы. Всего выявлено 25 таких страниц, а ещё несколько десятков так же содержат не вполне оригинальные тексты.

Недобросовестных обладателей учёных степеней выявляют не только активисты – расследованием случаев плагиата вынуждена заниматься и Общественная палата РФ. В 2007 году были обнаружены многочисленные заимствования в учебниках и учебных пособиях, написанных сотрудниками факультета социологии МГУ. Понятно, что учебник это не монография, где плагиат категорически не допустим, однако неужели нельзя было материал из чужих работ пересказать своими словами, а не переписывать текст один к одному?

Неудивительно, что студенты недалеко ушли от своих преподавателей. Пётр Рудковский, доктор философии из Варшавского университета, сетует по поводу того, более 30% эссе на магистерских программах в одном из частных университетов, где обучение проходит на английском языке, оказываются явным плагиатом:

«Для более успешного разоблачения случаев недобросовестного написания работ запущена одна из наиболее продвинутых антиплагиатных программ, проводятся семинары и тренинги по её использованию, а студенты, пойманные на плагиате, строго наказываются. Но вот уже который год мне приходится объяснять своим коллегам, что эта мощная антиплагиатная машина практически беспомощна против студентов из постсоветских стран».

Как выяснилось, студенты научились избегать разоблачения – выбирают в качестве источников для плагиата тексты, написанные на иностранном языке, а затем, используя Гугл-переводчик, получают текст, аналога которого программа не способна обнаружить.

Такими методами не брезгуют и учёные, желающие пополнить список научных трудов. В июне 2020 года вице-президент РАН Алексей Хохлов сообщил о многочисленных случаях «переводного плагиата», обнаруженных в «хищнических» зарубежных научных журналах из списков WoS и Scopus. Всего выявлены около 260 статей в нескольких десятках журналов, в где особенно много публикаций российских авторов. Ну а причина хорошо известна – с 2013 года эффективность работы научных организаций и их сотрудников оценивается по количеству публикаций и индексу цитирования. Вероятно, чиновники Минобрнауки не обладают достаточными знаниями, чтобы определить реальный вклад учёных в развитие науки, но тогда им следует подыскать другое место для работы.

Удручающие данные по 2009 году привёл в своей статье для газеты «Троицкий вариант» доктор юридических наук Яков Гилинский:

«Не менее 80-90% студентов скачивают курсовые работы и рефераты из Интернета (где также процветает плагиат) или переписывают из нескольких книг-учебников. <…> Не менее 50-60% студентов скачивают дипломные работы из Интернета или переписывают из нескольких книг-учебников».

Там же приведены статистические данные по фактам плагиата в диссертациях – видимо, привычка списывать в студенческие времена сказалась и на поведении в зрелом возрасте:

«Порядка 40% кандидатских диссертаций и 30% докторских диссертаций содержат плагиат из опубликованных монографий-статей-диссертаций. 20-30% диссертаций куплены, а их фактические сочинители не стесняются плагиата. <…> За последние годы было зарегистрировано только уголовно наказуемых случаев плагиата и иных нарушений авторского права ("незаконное использование объектов авторского права или смежных прав, а равно присвоение авторства, если эти деяния причинили крупный ущерб" – ст. 146 УК РФ): 1999 г. – 836; 2000 г. – 1117; 2001 г. – 810; 2002 г. – 949; 2003 г. – 1229; 2004 г. – 1917».

Проходит время, и кандидаты наук становятся докторами, а некоторым удаётся даже получить академическое звание. Однако привычка списывать неискоренима! «Троицкий вариант» в 2012 году указал на «сходство моделей, рассмотренных в недавно опубликованной монографии А.Д. Некипелова, вице-президента РАН, с американскими учебниками 90-х годов», а текст «заимствован из учебников Крепса и Сильберберга». Впрочем, академик благоразумно сделал ссылки на оригинальные работы, но списывание из учебников не делает чести автору солидной монографии. Там же приведены свидетельства «существенных заимствований и недобросовестного цитирования в книге академика Российской академии образования Н.Н. Малофеева "Специальное образование в России и за рубежом"».