Читаем Австралия. Полная история страны полностью

Парламентский Закон об основании Южной Австралии, принятый в 1834 году [58], а также письма-патенты [59] от 19 февраля 1836 года учредили провинцию Южная Австралия, выделенную из Нового Южного Уэльса. Важной особенностью писем-патентов было то, что, в отличие от Закона 1834 года, они признавали право коренных народов Южной Австралии на проживание в родных местах: «Ничто из того, что содержится в наших письмах-патентах, не затрагивает и не может быть истолковано как затрагивающее права любых коренных уроженцев указанной провинции на фактическое занятие или пользование ими лично, или их потомками любыми землями, которые в настоящее время фактически заняты или которыми пользуются такие уроженцы». Правда, белые колонисты еще долго продолжали рассматривать земли, заселенные аборигенами, как «пустые» или «свободные».

Одновременно с учреждением провинции была учреждена базирующаяся в Лондоне Комиссия по колонизации Южной Австралии, взявшая на вооружение идеи Уикфилда. Ее представители, называемые «комиссарами по колонизации», должны были контролировать продажу и аренду южноавстралийских земель. Немного раньше, в 1831 году, сторонниками теории систематической колонизации была создана Южно-Австралийская земельная компания, акционерами которой стали новые колонисты. Комиссия и Компания с энтузиазмом взялись за колонизацию Южной Австралии…

Надежд на «прогрессивное научное управление» коронной колонией возлагалось много, но уже в 1841 году стало ясно, что этот замечательный план потерпел крах: порядка в землепользовании навести так и не удалось, Южно-Австралийская земельная компания фактически обанкротилась, а Комиссия по колонизации продемонстрировала полную несостоятельность.

Австралийская патриотическая ассоциация

Настало время задуматься о внедрении самоуправления, если не полного, то хотя бы частичного, тем более что и политические предпосылки к этому имелись. В 1835 году группа влиятельных граждан Нового Южного Уэльса, в числе лидеров которой был и Уильям Вентворт, к тому времени ставший издателем влиятельной газеты The Australian, основала Австралийскую патриотическую ассоциацию – первую австралийскую политическую партию, которая позиционировала себя в качестве защитницы прав небогатых граждан и эмансипистов (кстати говоря, мать Вентворта была из осужденных). Но в целом Австралийская патриотическая ассоциация выражала чаяния всех слоев местного населения, потому что практически все австралийцы хотели освободиться от диктата метрополии и склонялись к тому, чтобы сделать это мирным путем, а не силой оружия, как в Северной Америке.

Закон об управлении Южной Австралией 1842 года

Идя навстречу австралийской общественности, британское правительство, которому спокойствие в колонии было дороже полномочий, приняло в 1842 году новый закон об управлении Южной Австралией, ставший чем-то вроде первой австралийской конституции (до принятия «настоящей» конституции оставалось более полувека). Если раньше все семь членов Законодательного совета при губернаторе назначались британским правительством, то теперь такие «назначенцы» составляли только треть Совета – 12 человек из 36. 24 члена Совета, превратившегося в первый колониальный парламент, выбирались сроком на 5 лет.

И пускай высокий имущественный ценз отсекал от участия в выборах около 95 % взрослого мужского населения Нового Южного Уэльса, это все равно была великая победа, внушавшая надежды на то, что в недалеком будущем колония станет полностью самоуправляемой.

Помимо Законодательного совета, были созданы выборные органы самоуправления на местах, в 29 графствах, на которые в то время делилась Южная Австралия. Выборы в местные советы проходили раз в 3 года, что не давало советникам возможности расслабиться и манкировать своими обязанностями.

Очередной закон об управлении австралийскими колониями был принят британским парламентом в 1850 году в ответ на обращение жителей Порт-Филлипа и региона Мортон-Бей [60], которые хотели платить налоги в местный бюджет, а не в казну Нового Южного Уэльса, а также были недовольны степенью своей представленности в Законодательном совете Уэльса. Согласно этому закону, 1 июля 1851 года округ Порт-Филлип стал отдельной колонией Британской империи и был назван Викторией в честь правившей тогда королевы. Новая колония получила свой парламент (Законодательный совет) и свою Конституцию.

Установилась следующая иерархия губернаторов: глава Нового Южного Уэльса остался в статусе генерал-губернатора, а губернаторы Южной Австралии, Виктории и Земли ван Димена, получившей самостоятельность в декабре 1825 года, считались вице-губернаторами, но при этом обладали правом прямой связи с метрополией.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное