Читаем Австралия. Полная история страны полностью

Деятельность по исследованию новых земель в первой половине XIX века условно можно разбить на три этапа. Сразу нужно отметить два важных момента. Во-первых, легендарные землепроходцы, память о которых увековечена в Австралии повсеместно, далеко не всегда оказывались первыми белыми людьми, ступившими на эту землю. Нередко их опережали пастухи или, к примеру, беглые каторжники. Во-вторых, за первооткрывателями, прокладывавшими новые пути, следовали те, кто исследовал новые места более детально, подобно тому, как Мэтью Флиндерс шел по стопам Кука, составляя карту австралийского побережья для Адмиралтейства.


Портрет Томаса Митчелла


Наиболее известным из таких «второпроходцев» является майор Томас Ливингстон Митчелл, посвященный в 1839 году в рыцари за составленную им карту Девятнадцати округов, на которые делился Новый Южный Уэльс. Более четверти века Митчелл занимал пост генерального инспектора Уэльса. За это время он совершил четыре крупные экспедиции в восточную часть материка. Отчеты об этих экспедициях сделали Митчелла наиболее известным австралийским исследователем того времени. Они представляют интерес не только для географов, но и для историков, и для антропологов, поскольку содержат ценные наблюдения за аборигенами, с которыми Митчелл умел находить общий язык (к слову, с начальством и коллегами он вел себя иначе и считался крайне трудным в общении человеком).


Мемориал, посвященный Томасу Митчеллу в Нагамби, Виктория


Томас Митчелл вошел в историю Австралии не только как исследователь земель, но и как участник последней австралийской дуэли. В сентябре 1851 года Митчелл вызвал на поединок члена местного парламента Стюарта Александра Дональдсона, будущего первого премьер-министра Нового Южного Уэльса. Поводом для вызова стали замечания Дональдсона по поводу расходов Департамента генерального инспектора, которые он считал чрезмерными. К счастью, последняя дуэль закончилась без жертв, от пули пострадала лишь шляпа Дональдсона. Пистолеты, из которых стрелялись соперники, ныне хранятся в Национальном музее Австралии.

Исследование новых земель. Грегори Блэксленд

Воздав должное Митчеллу, вернемся к исследовательской деятельности первопроходцев, сведения которых уточнял наш энергичный майор.


Мемориал Грегори Блэксленда в Новом Южном Уэльсе


В 1813 году богатый землевладелец-овцевод Грегори Блэксленд, желавший расширить свои владения, получил согласие губернатора Маккуори на экспедицию в Голубые горы [52], за которыми Блэксленд надеялся обнаружить хорошие пастбища. Он увлек своей идеей молодого провост-маршала [53] Уильяма Вэнтворта и лейтенанта Уильяма Лоусона, который тоже занимался разведением овец. 11 мая 1813 года экспедиция отправилась в путь. Вместо того чтобы блуждать в лабиринте долин, путешественники пошли по горным хребтам и спустя двадцать дней достигли холма, который впоследствии назвали горой Блэкс-ленд в честь руководителя экспедиции. «Эта страна, вне всякого сомнения, станет большим приобретением для колонии, и не составит труда проложить к ней хороший путь», – записал в дневнике Лоусон, обозрев раскинувшуюся перед ним равнину, а Блэкс-ленд отметил, что «здесь достаточно травы для того, чтобы удовлетворять потребности колонии в течение тридцати лет».

Как первооткрыватели Блэксленд, Вентворт и Лоусон получили в награду от губернатора Маккуори по тысяче акров [54] земли с правом выбора участка по своему усмотрению. Можно сказать, что удачливая троица прорубила в Голубых горах «окно на запад».

Исследование новых земель. Гамильтон Хьюм и Уильям Ховелл

Вторым этапом стала экспедиция географа Гамильтона Хьюма и отставного капитана королевского флота Уильяма Ховелла, совершенная в 1824 году по поручению губернатора Томаса Брисбена, сменившего на этом посту Лаклана Маккуори. Брисбена интересовали новые пастбища на юге материка. Кроме того, ему хотелось узнать, куда впадают западные реки Нового Южного Уэльса.

Примечательно, что путешественники, выполнявшие государственное поручение, частично снарядили экспедицию за свой счет, купив лошадей с быками и наняв погонщиков. От правительства они получили седла, палатки и тенты, а также оружие и боеприпасы.

12 октября 1824 года Хьюм и Ховелл с шестью спутниками двинулись на юго-запад от озера Джордж [55]. По мере продвижения они открыли реки Маррамбиджи и Муррей, оказавшуюся самой большой рекой Австралии, а также ее притоки Оуэнс и Гоулберн. Хьюм сначала назвал реку Муррей своей фамилией, желая таким образом почтить память отца, тюремного надзирателя, впоследствии ставшего фермером, но это название продержалось недолго, а почему так вышло, будет сказано чуть позже. Также Хьюм с Ховеллом открыли Австралийские Альпы, один из хребтов которых впоследствии был назван в честь Хьюма, перешли через них и 16 декабря 1824 года вышли к заливу, бывшему конечной точкой их путешествия. Отсюда экспедиция вернулась к озеру Джордж тем же путем, что и пришла.


Гамильтон Хьюм


Уильям Ховелл


Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное