Читаем Автобиография Земли. 4,6 миллиарда лет захватывающей истории нашей планеты полностью

Согласно другой теории, вымирание стало результатом воздействия деканских вулканических траппов, формировавшихся в конце мелового периода. Извержения, приведшие к образованию деканских траппов, датируются временем до границы мела и палеогена, начиная с 250 млн лет назад. Извержения продолжались 750 тыс. лет и сопровождались выбросами пепла, пыли, газов и 1,1 млн км3 лавы и, вероятно, внесли свой вклад в массовое вымирание[515].

Тем не менее в 2010 г. группа, состоявшая из 41 международного эксперта, изучила собранную информацию – данные бурения, геофизики, результаты исследований и литературу – и пришла к выводу, что основной причиной мел-палеогенового вымирания стало столкновение с астероидом, приведшее к образованию ударного кратера Чиксулуб[516].

Альтернативные теории массового вымирания не объясняют характер распределения и состав выброшенного материала, время события и его масштаб. Доказательства того, что столкновение с астероидом является основной причиной, становятся все более убедительными по мере изучения дополнительных данных. Столкновение с астероидом породило ударную волну и температурную вспышку, массивные цунами, потоки пыли и обломков по всему миру, а также выброс газов, и привело к похолоданию климата, снижению количества поступающего света и гибели фитопланктона и водорослей – первичных звеньев пищевой цепи в океане. Последние данные о количестве смещенных осадков и бесспорно обширном воздействии столкновения с астероидом подтверждают, что это событие было настолько масштабным, что именно оно является наиболее вероятной основной причиной мел-палеогенового вымирания, которое знаменует конец мезозойской эры и начало следующей – кайнозойской.

11

Биография Земли: кайнозойская эра

Кайнозойская («новая жизнь») эра, четвертичный период, голоценовая эпоха, мегалайский век – это время, в котором живем мы и все остальные живые организмы. Кайнозойская эра началась 66 млн лет назад и продолжается в наши дни и подразделяется на три периода: палеогеновый, неогеновый и четвертичный. О подразделениях внутри этой эры велись серьезные споры. Стратиграфы в некоторых странах предлагали изменить более старые термины «третичный» и «четвертичный» на «палеоген» и «неоген». Арбитром в вопросе о том, как определять системы, отделы и ярусы, выступает Международная комиссия по стратиграфии, старейший и крупнейший отдел Международного союза геологических наук. Международная комиссия по стратиграфии в конечном итоге подразделила кайнозойскую эру на палеогеновый, неогеновый и четвертичный периоды (соответствующие отделам кайнозойской системы в стратиграфической шкале)[517]. Геологическая служба США сохраняет третичную и четвертичную в качестве системы/подсистемы, но рекомендует авторам и исследователям использовать подразделения международной шкалы для кайнозойской эры[518]. Американское геологическое общество выделяет палеогеновый и неогеновый периоды кайнозойской эры[519]. В этой книге применяется шкала геологического времени, принятая Международной комиссией по стратиграфии, со ссылками на первоначальные и исторические названия.

В кайнозое произошел окончательный распад Пангеи на континенты современной конфигурации. Расстояние от континентального шельфа в районе мыса Хаттерас до шельфа вокруг Марокко в Западной Африке в наши дни примерно 4550 км. В начале кайнозойской эры, 66 млн лет назад, расстояние между этими двумя точками составляло около 3140 км – две трети от современного. До настоящего времени Атлантический океан расширяется на 2 см в год (с такой же скоростью у человека растут ногти). С противоположной стороны Тихий океан, с его множеством конвергентных границ и вулканами «огненного кольца», сокращается в размерах. В кайнозойскую эру в морях возникали новые ниши по мере отдаления Северной Америки от Африки и Европы. Положение континентов и океанических бассейнов оказывало влияние на климат в кайнозое.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги