Белая гвардия Фридриха Эберта

В том же самом 1934 году Петер фон Гейдебрек (ставший к описываемому времени видным командиром гитлеровских штурмовиков — группенфюрером СА) был, вместе с другими лидерами «коричневорубашечников», по воле национал-социалистического руководства «Третьего рейха», расстрелян эсэсовцами во дворе мюнхенской тюрьмы Штадельгейм в «Ночь Длинных Ножей», как «участник путча Рёма» (при не выясненных до конца обстоятельствах). Однако городок и станция сохранили прежнее название Гейдебрек, что дало повод бывшим фрейкоровцам, со свойственным им мрачноватым юмором (перераставшим порой в типичный «юмор висельников»), именовать станцию Гейдебрек станцией «У мертвеца» (нем.: «Бангоф Цум Тотен Манн»).

Будущий федеральный предводитель (бундесфюрер) австрофашистских штурмовых отрядов «геймвера» (или, в ином написании, «хаймвера») и министр внутренних дел Австрии в правительстве Вогуана (1930–1934), князь Эрнст-Рюдигер фон Штаремберг (ставший при диктаторе Дольфусе его заместителем — вице-канцлером — лишенный в 1938 году, после присоединения Австрии к Германскому рейху, гражданства, вынужденный бежать за границу, поступивший на службу в британские Королевские Военно-Воздушные Силы и бомбивший немецкие и австрийские города), служил в описываемое время рядовым в Тирольском штурмовом взводе. Если верить его мемуарам, период боев в Силезии запомнился ему как чередa незабываемых впечатлений и как время свежей, радостной, честной войны, которую вели добровольческие корпуса (нем.: «frisch-froehlicher, ehrlicher Freikorpskrieg» (Starhemberg, Op. cit., S. 48 ff.). Конечно, с современной точки зрения, подобная оценка может вызывать законные сомнения в своей объективности… Впрочем, это так, к слову…

После взятия городка и станции Канджин бои между немцами и поляками прекратились. Немецкие добровольцы считали их результаты удовлетворительными. Фрейкоры вышли на линию, хотя бы частично совпадавшую с будущей границей Германского рейха. 6 июня белополяки предприняли последнюю, отчаянную атаку с целью освободить из окружения тысячи попавших в «котел» инсургентов. Однако атакующие цепи жолнеров Жечи Посполитой полегли под огнем «оберлендеров», и в первую очередь — бойцов «Тирольской штурмовой роты». К 10 июня 1921 года части «Оберланда» оказались размещенными на достаточно удаленных друг от друга квартирах. Тирольцы были расквартированы в имении графа Штольберга-Штольберга Петерсвальдау. Первоначально граф не хотел пускать их на постой, но, узнав, что среди непрошеных квартирантов его гостеприимством пришли воспользоваться два баварских офицера — граф Вальдердорф и барон Штангель, бывших с ним в родстве, сменил гнев на милость.

В течение следующего квартала 1921 года капитан Грёгер постепенно распустил Штурмовую роту, которую к этому времени все именовали не иначе как «Штурмовой хоругвью „Немецкая Австрия“» («Штурмфане Дейчэстеррейх»). Постоянно уменьшающаяся численно, она была расквартирована в Петерсвальдау, затем в расположенной недалеко от имения графа Штольберга-Штольберга местечке Крейц-Габельшвердт, затем (после передачи Крейц-Габельшвердта полякам) — в городке Моозиннинг и, наконец, в монастыре Литталь. А тирольские студенты, вслед за своим первым командиром Дракслером, вернулись на родину продолжать учебу в университете.

2. Наградной Орел Тирольского штурмового взвода

Наградной знак Тирольского штурмового взвода в составе батальона «Тейя» добровольческого корпуса «Оберланд» принадлежит к числу самых редких наградных, или памятных знаков, учрежденных командирами белых добровольческих германских корпусов периода 1918–1923 гг. Это, несомненно, связано, прежде всего, с крайней малочисленностью данного добровольческого формирования, насчитывавшего в начале своего боевого пути (под называнием «Тирольского штурмового взвода») всего 60, а на «пике» своего развития — не более 120 штыков. Только эти 120 человек и могли по праву получить «Тирольского орла». Разумеется, не исключена возможность награждения «Тирольским орлом» не только чинов «Тирольского взвода» («Тирольской роты»), но и соратников тирольских волонтеров, их товарищей по оружию из состава других фрейкоров, сражавшихся с ними плечом к плечу. В пользу данного предположения свидетельствует факт награждения «Тирольским орлом» лейтенанта Гельмута Клейбера (пруссака из Потсдама) и Ганса Вебера, рядового добровольца 1-й роты I батальона (Штурмового батальона, или Штурмовой хоругви «Тейя»). Как уже упоминалось выше, «Тирольский штурмовой взвод» входил во 2-ю роту этого батальона.