Белое солнце России. Белая армия и Православие

Был у епископа Вениамина и свой печатный орган «Святая Русь», Врангель приказал оплачивать его издание из государственных средств. Порой в этой газете публиковались статьи монархического содержания. Однако Главнокомандующий запретил публиковать такие материалы: против них выступили инородцы. Да и красные повели против белых антимонархическую пропаганду. Это, в общем-то, отнюдь не означает, что Врангель не был монархистом, но он показал себя трезвомыслящим политиком, думающим о спасении России, а не о форме правления.

Барон, возглавив белое дело, неизменно действовал в союзе с Церковью, и это главное. Символична и введенная Врангелем новая награда в армии – орден Святителя Николая Чудотворца. Это было сделано 30 апреля 1920 года. Выбор святого не был случаен – всем известно народное почитание Николая Угодника русским народом.

Эта награда была введена бароном во исполнение намерения святого страстотерпца в память о Первой мировой войне. О многом говорят и слова, ставшие девизом ордена: «Верой спасется Россия». Он был начертан в центре креста – вокруг изображения святого Николая. Интересно отметить, что подход к награждению этим орденом был весьма строгим. Им мог быть отмечен лишь тот, кто, презрев очевидную опасность и явив доблестный пример неустрашимости, присутствия духа и самоотвержения, совершит воинский подвиг, увенчанный явным успехом и принесший полную пользу. Первой степенью никто награжден не был. Сам Главнокомандующий получил от Кавалерской думы только крест второй степени. Это весьма выгодно отличает Врангеля от советских руководителей и партийных бонз, с ног до головы увешанных незаслуженными наградами. Уже в изгнании орден Святителя Николая был признан.

А еще привезли в Крым Курскую чудотворную икону «Знамение Божией Матери». В Севастополе ее встречало много народу, главным образом рабочие. Приехал и Врангель с премьер-министром Юга России А.В. Кривошеиным. При большом скоплении людей несли они святой образ, и это на многих тогда произвело впечатление.

Орден Св. Николая Чудотворца Русской армии

Символично: с одной стороны Врангель, шествующий по улицам Севастополя с чудотворным образом, молившийся о спасении России, обустраивавший нормальную человеческую жизнь на маленьком клочке Русской земли; с другой – циничный Ленин вместе с истерично-экзальтированным Бронштейном гнали русских мужиков, облаченных в шинели, на Запад. Им было наплевать на жертвы, на кровь и стоны умирающих. Жизнь русских людей, которых ни Бронштейн, ни Ленин, ни все их окружение никогда не любили, ничего для комиссаров не значила. Ваал заполнил марксистский мозг своих большевистских жрецов бредовой идеей мировой революции и ради нее требовал человеческих жертв. Над берегами Вислы он разинул свою кровавую пасть, чтобы поглотить тысячи красноармейцев…

В последних числах сентября постановлением Крымского Синода было назначено всеобщее покаяние в грехах. Известный богослов отец Сергий Булгаков написал по этому поводу специальное послание, где в числе основных грехов называл и убийство царской семьи. Три дня в Севастополе днем и ночью шло богослужение, совершалась исповедь. Народу было много, но в конце третьего дня владыка Вениамин получил письмо от одного благочестивого христианина: «Владыка, а где же наше начальство? Неужели лишь рабочим нужно каяться, а не им?» Епископ поспешил с этим письмом к барону и услышал в ответ:

– Владыка! Мы тоже верующие. Но у нас было иное воспитание в семьях и школах, мы не афишировали нашей религиозности, даже стеснялись показать ее. Нас тоже можно понять, да и дел масса.

Не думаю, что таким ответом барон показал свое маловерие, есть достаточно свидетельств о том, что он исповедовался и причащался. Но далеко не каждый будет выставлять свою церковную жизнь напоказ, тем более что это – потаенная сфера души. Другое дело, что Врангель как фигура государственная воспринимался многими простыми людьми в образе царя и, конечно, его участие в покаянных богослужениях могло бы только укрепить народный дух.

Впрочем, барон всегда старался посещать службы. Не всегда это удавалось, но в таких случаях он искренне извинялся перед епископом Вениамином:

– Вот, владыка, собирался в церковь пойти, а тут все дела.

– Эти дела – ваша служба, а в храмах мы молимся за вас, – отвечал епископ.

А еще, по старому русскому обычаю, владыка Вениамин просил Врангеля помиловать некоторых большевиков, приговоренных к расстрелу. И порой ему это удавалось. Кстати, был еще один человек, обращавшийся к Главнокомандующему с теми же просьбами, – его жена Ольга Михайловна.

Как-то барон даже пошутил:

– У меня два главных врага: это жена и владыка. Вечно просят за каких-нибудь мерзавцев. Поймите, если сейчас не казнить одного, потом придется казнить десять, или они будут казнить нас в случае победы над нами.