Белорусские народные сказки

— За тобой пришел, — отвечает волк. — Помнишь про наш с тобой уговор?

Испугалась собака и говорит:

— Не ешь меня, волк. Я тебя за это вкусной едой угощу.

— Откуда же ты ее возьмешь?

— У моего хозяина гости. Там под столом полно костей — даже с мясом. Пойдем!

— Боюсь. Еще убьют меня там.

— Не бойся, не убьют, — уговаривает собака. — Я тебя так проведу, что никто и не заметит.

Согласился волк и пошел за собакой.

Лыска оставила его в сенях, сама вбежала в хату, махнула хвостом и погасила лучину.

— Теперь беги под стол, — позвала она волка.

Волк так и сделал.

Накормила собака волка, даже вином напоила. Сидят они себе под столом да тихонько беседуют.

А тем временем гости песни веселые запели.

Волк слушал, слушал и говорит собаке:

— Мне тоже петь хочется.

— Лучше молчи, — говорит собака.

Волк помолчал немного и опять за свое:

— Не выдержу, — говорит, — прямо язык чешется, так петь захотелось.

И затянул на всю хату басом:

— Ay-ay! Ау-ау!

А собака тоже не выдержала и давай ему подпевать:

— Гав, гав! Гав, гав!..

Услыхали это гости, схватили кто кочергу, кто ухват, избили волка и выгнали его вместе с собакой из хаты.

Опамятовался волк и говорит собаке:

— Ну и накормила же ты меня! Я тебе этого не прощу.

— Сам виноват, — говорит собака, — надо было молчать.

— Нет, — не соглашается волк, — это ты виновата; зачем завела меня в хату?

Спорили они, спорили, наконец волк говорит:

— Если так, давай воевать будем: кто кого победит, тот того и съест. Собирай свое войско и приходи ко мне в лес.

— Что ж, — говорит собака, — пусть будет по-твоему.

На другой день взяла она себе в помощники барана, кота и петуха и пошла с волком воевать.

А волк пригласил к себе в воины медведя, дикого кабана и зайца. Собрал свое войско, вышел на опушку леса и ждет.

— Полезай ты, Михайло, — говорит он медведю, — на елку да погляди, не идет ли собака со своим войском.

Взобрался медведь на ель, огляделся кругом и говорит:

— Идет!

— Ну, так слезай! — кричит волк. — Будем воевать.

— Нет, не слезу, — отвечает медведь.

— Почему?

— Страшно.

— Что ж там за войско такое, что ты так испугался? — спрашивает волк.

— Такое войско, что я отродясь не видывал, — отвечает, дрожа, медведь. — Один воин — толстый и мохнатый — с вилами идет; другой — грозный да усатый — сзади пику несет; третий — в красной шапочке, со шпорами на ногах — саблей размахивает… Первый идет — головой трясет и все кричит: «Бе-э! Я всех заколю да на вилы насажу!» Второй урчит злобно, по сторонам озирается и все бормочет: «Мне, мне их подай!» А третий такой заносчивый, кричит: «Куда, куда идти! Я один всех перебью!»

Услыхал это кабан и скорей в мох по самые уши зарылся. А волк видит, что не успеть ему спрятаться, стал на задние лапы и стоит.

— Прячься за меня, — говорит он испуганному зайцу. — Они подумают, что я — пень, и обойдут нас.

Приходит собака с войском, видит — нигде никого пет.

А тут как раз у барана рога зачесались. Видит — рядом какой-то пень стоит. Разогнался баран и — бац! — рогами об пень. А это волк был. Упал он и ноги протянул. Заяц выскочил из-под волка и наутек, но собака заметила его и тут же поймала.

Кабану в это время, как на беду, села муха на ухо. Пошевелил он ухом, чтоб согнать ее, а кот подумал, что там мышь. Бросился он туда и давай мох разгребать. Так и рвет кабана острыми когтями! Терпел, терпел кабан, а потом как схватится — и бежать…

Испугался петух кабана, захлопал крыльями, взлетел на ель и закричал:

— Куда, куда?

Медведь подумал, что это подбирается к нему грозный воин, и взобрался от страха на верхний сук. Не выдержал сук, сломался, медведь грохнулся наземь и убился.

Вот с той поры и не дружат больше собаки с волками.

<emphasis><strong>ЧЕЛОВЕК И КОЗЫ</strong></emphasis>

одной деревне жил когда-то бедный человек. Не было у него, как говорится, ни кола, ни двора. И работы нету, и есть нечего.

Надоело бедняку такое житье; пошел он по миру искать себе лучшей доли.

Шел он, шел и зашел в большой дремучий лес. Долго бродил по лесу, устал, а выбраться из чащи никак не может. Наконец, уже под вечер, заметил он полянку. Большая, широкая поляна, а на ней, как на лугу, трава густая да зеленая. И вся цветами усеяна. И от них такой духовитый запах идет, что ноздри так и щекочет.

Стал человек разглядывать поляну, видит — поблизости хатка стоит. «Ну, — думает, — зайду, может, там накормят меня».

Вошел он в хатку и диву дался: все стены сложены из блинов, печь — из творога, а труба — из масла… Не хатка, а прямо чудо! И нигде хозяев не видно. Окликнул человек — никто не отзывается.

Не долго, однако, удивлялся человек забавной хатке: голод — не тетка! Начал он скорей обдирать стены, мазать маслом блины и уплетать их с творогом за обе щеки… Ест, аж за ушами трещит. Вкусно, что и говорить!

Поободрал он стены, поколупал масляную трубу, съел всю печь, один только подпечек остался.

Вдруг слышит — гул и топот по лесу идет.

Испугался человек. «Будет беда, — думает, — ежели хозяин застанет меня здесь…»

Куда спрятаться? Увидел он недоеденный подпечек и, не долго думая, прыгнул туда.