Белорусские земли в советско-польских отношениях

По мнению польского историка Ю. Левандовского, мемориал отражает слабость этого белорусского представительства, которое сознавало ее и не ставило условий: объединение Белоруссии должно было, по мысли авторов мемориала, стать делом Пилсудского. Просьба о том, чтобы обращаться к Раде по всем вопросам, связанным с Белоруссией, была продиктована опасением, что польские власти могут опереться на какую-либо конкурирующую группу, например Белорусский комитет Романа Скирмунта. В реализацию последнего пункта мемориала авторы, похоже, сами не очень-то верили, раз поместили его на последнем месте, после второстепенных требований³⁵⁰.

Гражданское управление восточными землями со штаб-квартирой в Вильно, получившее административную власть на занятых польской армией территориях, находилось в непосредственном подчинении у Пилсудского как главнокомандующего. По мнению Левандовского, такое решение было связано с тем, что Пилсудский не хотел сразу устанавливать тип связи этих земель с Польским государством, для того чтобы получить свободу маневра на мирной конференции и поддержать хотя бы видимость того, что судьба этих территорий будет решена согласно федеративной концепции³⁵¹.

Во главе ГУВЗ встал Ежи Осмоловский, либеральный помещик из Полесья. Его заместителем и представителем в Варшаве стал близкий к эндекам граф Станислав Михал Коссаковский, а главой Минского округа – представитель так называемых «кресовых зубров», то есть крупных землевладельцев, Владислав Рачкевич. Это во многом предопределило дальнейшую линию поведения польских властей по отношению к белорусам. Желание решить проблему малоземелья в Польше за счет колонизации якобы свободных земель в Белоруссии становится достаточно очевидным для белорусских лидеров, а для белорусского населения тем более уже в 1919 г.³⁵²

Для Пилсудского главной целью восточной политики в начале 1919 г. было договориться с литовцами. Программой максимум было восстановление Великого княжества Литовского в границах 1772 г. в федерации с Польшей, а программой минимум, для осуществления которой он был готов на значительный риск для только-только возродившегося Польского государства, – удержание Виленщины и западных частей Белоруссии, занятых польскими войсками, до конца мая 1919 г.³⁵³ Для этого нужно было найти хоть какую-то видимость поддержки федерации с Польшей у литовских националистов. Однако те категорически отметали всякую возможность посягательства на суверенитет Литвы. Пилсудский считал, что эта позиция временная: как только немцы примут условия Версальского договора, тем самым отказавшись от роли патрона национальных государств Восточной Европы, литовцы, лишившись опоры, согласятся на союз с Польшей.

Действовал он двояко: с одной стороны, посредством Леона Василевского, своего ближайшего соратника, в 1918–1919 гг. министра иностранных дел, главного эксперта польского правительства по проблемам восточных «кресов», с другой – нажимал на сейм, чтобы тот признал независимость соседних с Литвой Прибалтийских государств, чтобы привлечь их к сотрудничеству с Польшей. Тем самым создалась бы небезопасная ситуация для изолированной Литвы, что могло вынудить ее к союзу с Польшей. Захват Вильно, однако, не смягчил позиции Тарибы, напротив, она заняла еще более жесткую позицию.

Политика в отношении белорусов была для Пилсудского способом дополнительного нажима на литовцев. Реализовать эту политику должен был генеральный комиссар Гражданского управления восточными землями Е. Осмоловский, горячий сторонник союза всей Белоруссии, а не только Виленщины и Гродненщины, находившейся в руках поляков, со II Речью Посполитой на основе федеративной связи. После захвата Вильно и бесед с Осмоловским о возможностях и стремлениях белорусского движения Пилсудский пришел к выводу, что значительно более слабое, по сравнению с литовским, и не так сильно настроенное против Польши белорусское национальное движение в лице Виленской белорусской рады во главе с П. Алексюком и

Б. Тарашкевичем, не скрывавшими своих полонофильских настроений, было бы удобным орудием, чтобы убедить неуступчивых литовцев согласиться на федерацию.

6—7 июня 1919 г. в Вильне состоялся съезд белорусских представителей Гродненщины и Виленщины. По словам одного из организаторов съезда и председательствующего на его заседаниях П. Алексюка, задачей его единомышленников было немедленное создание независимого, но связанного союзом с Польшей белорусского национального правительства. Он утверждал, что в этом намерении их безоговорочно поддерживали польские демократические группировки (то есть пилсудчики). Эти партии во время подготовки к белорусскому съезду вели борьбу за то, чтобы он «четко высказался, без всяких недомолвок и предварительных условий за тесный союз Белоруссии с Польшей». ПСЛ «Вызволене» и другие левые партии из лагеря Пилсудского даже прислали своих делегатов³⁵⁴.