Биология в фокусе. Естественные отделения университетов Российской империи (1830–1900)

При обсуждении проекта педагогических курсов университеты просили больше мест, чем в итоге получили. Комплекты Педагогических институтов до упразднения в 1850‑е гг. насчитывали 110 человек при пяти университетах (30 при Университете святого Владимира и по 20 у всех остальных, кроме Дерптского), не считая 100 мест Главного педагогического института, тоже упраздненного в 1858 г. Однако следует понимать, что не всегда все места были заполнены. Примерно на такое же количество стипендий рассчитывали в университетах и для педагогических курсов, однако в итоге общее число их оказалось равным 67, не считая 10 стипендий Дерптского университета. При этом в соответствии с данными Министерства народного просвещения за десять лет (с 1848 по 1858 г.) в гимназиях было замещено 1318 учительских вакансий, из которых по русской словесности 173, по математике и физике 208, по истории 117, по естественной истории 79, по латинскому языку 96[1221], что составляет 673 вакансии, или 67,3 вакансии в год. Но в гимназиях еще требовались учителя географии, греческого и новых языков, именно по этой причине в замечаниях на проектируемые педагогические курсы подчеркивалась необходимость готовить учителей по двум близким специальностям[1222].

Через три года после открытия педагогических курсов министерство собрало мнения об их недостатках. Причинами недостаточного выпуска подготовленных к педагогической деятельности выпускников назывались следующие: 1) ограниченное число стипендий (своекоштные студенты курсов уходили, как только находили вакансии, так как курсы не были обязательными), 2) недостаточное материальное обеспечение (в провинции 300 рублей в год, в столичных университетах 350), заставлявшее учившихся на курсах или брать частные уроки, или устраиваться в школы, что также лишало курсы смысла, 3) слишком объемные отделы, в которых объединялось много дисциплин (например, естественная история, в которую входили ботаника, зоология, минералогия, объединялась с географией), а также 4) регламентация занятий, которая была не нужна слушателям курсов в силу возраста[1223]. В 1863 г., на фоне очередного польского восстания, приоритетом подготовки учителей выступила необходимость отправки в западные губернии «природных русских», на что министерство выделило 60 дополнительных стипендий[1224], к которым присоединились еще 30 при Дерптском университете в 1864 г. В итоге со всеми изменениями в 1865 г. существовало 259 стипендий для подготовки учителей, из которых 106 полагалось только для восьми западных губерний, а на все остальные выделялось 153 стипендии (сюда не включались Остзейские губернии), из которых на Петербургский учебный округ – всего 12 стипендий[1225]. При этом из‑за увеличения количества стипендий без изменения объема финансирования ежегодные стипендии оказывались меньше положенных 300 рублей.

Из-за большого количества часов, выделенных на древние и новые языки, самая большая проблема с кадрами ощущалась именно в этих дисциплинах. Не хватало также учителей математики. Выходом из этой ситуации виделось учреждение особых семинарских курсов при некоторых кафедрах, посещение которых позволило бы студентам старших курсов подготовиться к педагогической профессии. Учитывая, что в 1863 г. кафедры педагогики были упразднены, необходимость в подобном шаге была очевидна особенно в связи с тем, что наставниками слушателей курсов выступали педагоги гимназий, к которым они прикреплялись, что лишало университет наставнической функции. Высказывались мнения о необходимости подготовки учителей при университетах на основе стипендий, с обязательным присутствием теоретического и практического преподавания и без необходимости (вос)создания учебных заведений в особенности закрытого типа, каковым был упраздненный Главный педагогический институт. Но вместо реформирования педагогических курсов они были закрыты в 1866 г., а в 1867 г. был учрежден Историко-филологический институт.