Бирюзовый Глаз

Больше разговаривать было не о чем. Записав адрес сайта со всеми рисунками Инны, я поблагодарил и ушел. По ходу разговора заметил, что женщина ни разу не назвала дочь по имени. Только местоимения. Для меня труднее всего наблюдать чужое горе, особенно когда нечего сказать и нечем поддержать. Но, несмотря ни на что, деловая хватка не изменяла этой маленькой сильной женщине, недавно перенесшей тяжелейшую утрату.

Уже в гостинице вышел на сайт с рисунками Инны. Сайт был снабжен историей творческого пути и краткой биографией ее коротенькой жизни. Ничего особенного. Школа, детская студия, художественное училище, работа преподавателем рисования в муниципальной школе, переход в полиграфическую компанию, победы на конкурсах…

Как уже сказала ее мама, там присутствовали очень страшные рисунки. Но не все. Некоторые заставляли улыбаться, некоторые просто нравились, а какие-то не вызывали особых эмоций, но таких оказалось мало. Рисунки Инны выглядели весьма характерно, и не узнать руку было бы трудно. Девушка рисовала не просто хорошо, у нее имелся свой оригинальный узнаваемый стиль, и, что главное, не было ошибок в анатомии – обычнейшей проблемы многих художников-любителей. Несмотря на вполне профессиональные результаты, она служила верстальщицей в какой-то издательской фирме. Занималась макетированием журналов, информационных брошюр и рекламных флаеров, а комиксы оставались для нее всего лишь увлечением. На мой взгляд – напрасно. Судя по результатам, она вполне могла бы подрабатывать рисованием портретов. Но, несмотря на это, девушка добывала деньги компьютерной версткой печатных страниц. Все рисунки она делала в свободное от работы время: дома ночами, в транспорте, на остановках, некоторые даже в вагоне метро.

Настоящих друзей и подруг у Инны, по словам ее мамы, не было, во всяком случае, она никого не знала. Только знакомые.

Потом я прочесал интернет, посмотрел ее странички в социальных сетях, но кроме обычных френдов никого более близкого не выявил. Ни друзей, ни подруг. Возможно, таковые все-таки существовали: Инна была привлекательной девушкой. Никаких полезных для дела сведений я здесь тоже не нашел, даже намеков не обнаружил.

Далее в моем списке значилась петербурженка Алена – молодая курносая подруга Сергея – одного из наших авторов. Он, как выяснилось, был убит в ходе боевых действий на сирийской территории. Подруга погибшего рассказала, что ее парень связался с «нехорошими людьми» и в прошлом году принял ислам, в ту пору они уже жили в Израиле. Парень настоятельно убеждал ее последовать его примеру, а также вместе перебраться в Сирию. Алена полагала, что Сергея «загипнотизировали» или «зомбировали», поскольку поведение его стало неадекватным. По словам девушки, перед своим исчезновением Сергей вышел из дома, пообещав, что скоро вернется, а пока посидит в баре с приятелями. И пропал. На третий день девушка получила от него эсэмэску, что по воле Аллаха он переехал в Сирию и уже навсегда. Девушка решила, что в Сирию ее друга вывезли какими-то тайными вербовочными тропами, ведь денег на поездку у парня просто не было: последнее время он нигде не работал, перебиваясь случайными доходами. В конце прошлого года Алена получила еще несколько сообщений, в которых Сергей старался растолковать, почему он сделался исламистом. Девушка, к тому времени уже вернувшаяся в Петербург, сомневалась в достоверности этих писем, поскольку они содержали большое количеством орфографических и грамматических ошибок, чего Сергей вообще не допускал. Алена обращалась во все доступные инстанции, прессу и независимые структуры, ища любую возможность вернуть друга, однако везде в той или иной форме получила отказ. Потом пришло извещение, что ее друг погиб в Сирии, сражаясь за воинов Аллаха.