Битва на Калке. 1223 г.

Придя в Галич, Котян стал просить у зятя помощи против новых грозных врагов. Главным его доводом стало то, что, покорив половцев, следующей целью монголо-татар станут русские земли. Свои слова Котян подкрепил богатыми подарками своему зятю и другим русским князьям. В.К. Романов, а вслед за ним А.А. Астайкин полагали, что обращение половцев за помощью следует датировать концом 1222 — началом 1223 г., примерно декабрем — январем[171].

Мстислав Галицкий, понимая, что только своими силами вряд ли справится с противником, решил проявить инициативу в организации княжеского съезда для обсуждения похода против приближавшихся монголо-татар. Основным аргументом явился тот факт, что, если русские князья не окажут помощи половцам, те могут присоединиться к монголо-татарам и тогда опасность для Руси возрастет многократно.

В Киеве собрался княжеский съезд под главенством трех Мстиславов — Мстислава Романовича Киевского, Мстислава Всеволодовича Черниговского и Мстислава Мстиславича Галицкого. Ипатьевская летопись уточняет, что «то бо бт. ахоу старейшины в Роускои земли».

Историки пытались объяснить это выражение летописи. Так, Л.В. Черепнин полагал, что старейшинство в Русской земле связывалось с правом распоряжения Киевской землей и прилегающей территорией[172]. А.Б. Головко отмечал, что тем самым подчеркивалось особое место киевского, черниговского и галицкого государей в иерархии древнерусских князей из династии Рюриковичей[173].

Здесь необходимо сделать отступление о характере княжеской власти в описываемый период. К началу XIII в. Древняя Русь распалась на полтора десятка княжеств, в которых появляются свои собственные династии. Вопрос о взаимоотношениях русских князей этого времени является одним из наиболее дискуссионных. Сложилось два диаметрально противоположных подхода. Постоянные княжеские усобицы, в которых нередко принимали участие половцы, поляки, венгры и другие соседи Древней Руси, породили у части исследователей представление, что в этот период Русь являла собой некий конгломерат абсолютно самостоятельных и независимых друг от друга княжеств. В этих условиях русские князья оказались разобщены на множество враждебных кланов, между которыми не было и не могло сохраниться никакого единства. Сторонники этого взгляда в виде иллюстрации обычно приводят известную фразу летописца, который под 6642 (1134) г., описывая разгоревшуюся междоусобицу между русскими князьями после смерти великого князя Мстислава Владимировича, с горечью восклицал: «и раздьрася вся земля Русьская»[174].

Объяснение причин княжеских междоусобиц связывали с ростом числа князей. Если на протяжении XI в. известно не более трех десятков князей, то уже от XII в. сохранились имена около 200 членов правящего рода, хотя действительное их число было, несомненно, намного больше.

По мнению других, единство княжеской династии Рюриковичей продолжало сохраняться. Все князья приходились друг другу родными, двоюродными, троюродными братьями, дядьями, племянниками, дедами и внуками различных степеней родства. Идея единства постоянно поднималась на общерусских княжеских съездах, игравших важную роль в политической жизни Руси конца XI — начала XIII в. Участвовавшие в них князья сообща решали важнейшие вопросы внутреннего устройства и внешней политики русских земель: предотвращение усобиц, обеспечение политической стабильности, объявление войны и заключение мира. Несмотря на отказ некоторых князей от участия в съездах, большинство из них принимали активное участие в обороне русских границ от внешней опасности[175].

Окончательно данный вопрос так и не решен. Виной тому — крайне скудная источниковая база. Батыево нашествие, прокатившееся огненным валом по Руси, привело к тому, что многие источники древнерусского времени просто не дошли до нас. Определенный выход дает использование метода ретроспекции. Скажем, такой важнейший правовой источник по законодательству Древней Руси, как Русская Правда, дошел до нас лишь в списках XV в., благодаря чему ее смог открыть В.Н. Татищев, верно оценивший ее значение.

Однако в целом исследователи пренебрегают ретроспективным методом, полагая, что использование материалов последующего времени вряд ли может пролить свет на явления более ранних периодов.

В данном случае они ошибаются. Благодаря тому что до нас дошел комплекс духовных и договорных грамот XIV–XVI вв. московских князей, хорошо известно, что Москва (сам город и ближайшая округа) делилась на «трети» и находилась в их совместной собственности[176]. Но подобная структура княжеской власти повторялась и внутри других русских княжеств. Однако если сравнительно хорошо сохранившийся московский материал позволяет достаточно полно охарактеризовать характер совместного владения, то по другим городам это сделать гораздо труднее. Это объясняется тем, что московские князья, тщательно сохраняя владельческие документы на свои владения, совершенно не заботились о сохранности архивов княжеств, присоединяемых к Москве.