Битва на Калке. 1223 г.

К сожалению, к исследованию системы совместного владения князей в Киеве историки только приступают. Известно, что систему управления, господствовавшую в 1054–1073 гг., исследователи часто именуют «триумвиратом Ярославичей». Как известно, Ярослав Мудрый разделил свои владения между своими пятью сыновьями (старший сын Владимир умер при жизни отца). Позднее скончались двое младших Ярославичей: Игорь и Вячеслав. После кончины старшего внука Ярослава Мудрого Ростислава Владимировича (1066) и разгрома на Немиге старшего правнука Владимира Святого — Всеслава Брячиславича (1067) вся Русь оказалась в руках троих Ярославичей.

В этой связи встает вопрос: как трое князей управляли киевскими «половинами»? По аналогии с московскими князьями-совладельцами конца XV в. можно предположить, что совладельцы Киева могли управлять частями города по годам, чередуясь между собой. Вероятно, это вызывало определенные конфликты, и в 1073 г. младшие братья Святослав и Всеволод выступили против старшего брата Изяслава. Последний был изгнан из Киева, а Святослав стал киевским великим князем. Однако смерть Святослава, последовавшая в декабре 1076 г., привела к тому, что у Киева стало два владельца: Всеволод примирился с Изяславом, уступив ему титул великого князя.

В дальнейшем в Киеве фиксируются то два, то три совладельца. Не вдаваясь в подробности, отметим любопытный факт, приведенный украинским историком А.П. Толочко. В 1150 г. князь Изяслав Мстиславич (праправнук Ярослава Мудрого) занял Киев и сел на столе: «Изяславъ же въ КыевЪ сЪд'Ь на столЪ дЪда своего и отца своего с честью великою», совершив обряд интронизации в Софийском соборе[181]. В том же году он послал к своему дяде Вячеславу Владимировичу со словами: «нынѣ же, отче, осе даю ти Киевъ, поѣди сяди на столѣ дѣда своего и отца своего»[182]. Под следующим годом летописец записал: «Оуведе Изяславъ стрыя [дядю] своего и отца своего Вячьслава оу Киевъ. Вячьславъ же оуѣха в Киевъ, и ѣха къ святѣѣ Софьи и сѣде на столѣ дѣда своего и отца своего»[183]. Данная ситуация оказалась непонятной для украинского историка: при одном венчанном князе в Киеве венчался еще один, и при этом оба одновременно находились в городе[184].

Но все разъясняет Лаврентьевская летопись: «Изяслав же сѣде с Вячеславом в Кыевѣ, Вячеслав на Великом дворѣ, а Изяславъ под Оугрьскимь»[185]. С учетом вышесказанного о двух «половинах» Киева, видим, что Вячеслав стал великим князем, а его племянник — его совладельцем.

К моменту событий на Калке в Киеве оказались три «старейших князя» — Мстислав Киевский, Мстислав Галицкий и Мстислав Черниговский. Под этим определением следует понимать князей — совладельцев Киева.

Но с Киевом были связаны и представители боковых ветвей Рюриковичей. По условиям службы они должны были иметь владения неподалеку от столицы. Очевидно, им выделялись отдельные города Киевской земли, где летописцы отмечают княжеские столы. Их летопись именует «младшими князьями». Таковым, к примеру, являлся погибший в ходе боевых действий 1223 г. князь Святослав Каневский. По осторожному предположению О.М. Рапова, он мог быть сыном Ростислава Рюриковича и племянником Мстислава Киевского[186].

Переход киевских половин от одного князя к другому, а особенно их раздел, несомненно, вызывал конфликты между князьями. В этой связи следует по-иному взглянуть на сюжет об Александре Поповиче из Троицкого летописца XVI в., обнаруженного Б.М. Клоссом. Напомним, что в нем шла речь о столкновении Мстислава Галицкого и Мстислава Киевского в 1209 г., которую исследователь счел легендарной[187]. Но если учесть, что оба Мстислава (Киевский и Галицкий) были внуками Ростислава Мстиславича, являвшегося, в свою очередь, внуком Всеволода (сына Ярослава Мудрого), вполне можно допустить между ними конфликт по поводу раздела одной из киевских «половин».

Для нас сюжет о совместном владении князей в Киеве важен тем, что позволяет сделать вывод о расщепленном характере княжеской власти в Древней Руси. Для наглядности ее можно представить в виде матрешки. Скажем, удельный князь Смоленского княжества, обладая своим уделом в его пределах, также распоряжался частью совместного владения в Смоленске и его ближайших окрестностях и одновременно, как представитель смоленской ветви Рюриковичей, мог претендовать на долю в Киевской земле, являвшейся общим владением всех потомков Владимира Святого[188]. Таким образом, даже в период удельной раздробленности древнерусские княжества по-прежнему оставались связанными друг с другом.