Битва на Калке. 1223 г.

Примечательно, что Ипатьевская летопись ничего не сообщает о двух монголо-татарских посольствах. Это говорит о том, что галицко-волынские рати прибыли на место сбора уже после эпизода со вторым посольством.

Ипатьевская летопись особо отмечает, что к месту сбора русских войск пришли на тысяче ладей галицкие выгонцы: «А выгонци Галичькыя придоша по Днѣпроу и воидоша в море. Бѣ бо лодеи тысяща, и воидоша во Днѣпръ и возведоша порогы и сташа оу рѣкы Хорьтицѣ на бродоу оу Протолчи. Бѣ бо с ними Домамѣричь Юрьгіи и Держикраи Володиславичь» (в приведенном отрывке первое упоминание Днепра вместо Днестра является опиской).

Поскольку перед нами единственное летописное упоминание «галицких выгонцев», это делает необходимым выяснить вопрос — кем они были? Так как перед процитированным фрагментом летопись сообщает, что к месту сбора прибыли галичане и волынцы «киждо со своими князьми», понятно, что галицких выгонцев необходимо отличать от войск Мстислава Галицкого.

Все исследователи единодушно считают, что галицкие вы-гонцы жили на территории Галицкого Понизья, то есть по долинам Днестра, Прута — землям современной Молдавии. Это подтверждают и находки памятников в ее центральной части, которые археологи приписывают именно галицким выгонцам.

Исходя из этимологии названия «выгонцы» от слова «изгнание», историками было высказано мнение, что эта группа населения представляла собой изгнанников из Галицкой земли, вытолкнутых за ее пределы в ходе политической борьбы. Об этом говорит тот факт, что в составе выгонцев видим знатные боярские роды Домажиричей и Кормиличичей, изгнанных со своими сторонниками из Галича.

Вместе с тем основную массу выгонцев составляли простолюдины. Это заставило историков поставить вопрос об их основных занятиях. В русском языке слово выгон имеет два значения: 1. действие по глаголу выгнать, 2. место, где пасется скот; пастбище[252]. Отсюда возникла версия, что под выгонцами следует понимать не политических изгнанников, а людей, связанных с пастушеским типом хозяйства и занятых отгонным скотоводством. Тот факт, что галицкие выгонцы пришли к месту сбора русских сил на тысяче ладей, привел к появлению еще одной версии: выгонцы спускались на своих приспособленных для плавания в море ладьях для занятия рыболовством у морских берегов. Наконец, еще одна версия сближает их с бродниками — другой категорией населения степей[253].

Полемику среди историков вызвало то место Ипатьевской летописи о том, что галицкие выгонцы «воидоша во Днѣпръ и возведоша порогы и сташа оу рѣкы Хорьтицѣ на бродоу оу Протолчи». Выражение «возведоша порогы» следует понимать как «преодолели пороги», «поднялись выше порогов». Исходя из этого В.Г. Ляскоронский предлагал перенести Протолчий брод в район выше порогов и связывал его с Проточами — реками, текущими параллельно Днепру, ниже Орели. По мнению А.А. Спицына, Протолчье следовало отнести к устьям реки Конские Воды. А.А. Астайкин полагал здесь ошибку в летописном тексте: «возведоша порогы» вместо требуемого по смыслу «возведоша къ порогы» или «возведоша до порогы»[254].

Но летописец не ошибался. Дело в том, что Днепр в своей порожистой части до постройки Днепрогэса прорывался через скалистые гранитные гряды Украинского кристаллического щита. Эти гряды подразделялись на две категории: если гряда прорезала русло реки по всей его ширине, от берега до берега, составляя род плотины с сильным перепадом воды, то она именовалась порогом; если же гряда заграждала только часть русла, оставляя в нем проход, то она называлась заборой. «Книга Большому Чертежу» уже после основных Днепровских порогов ниже острова Хортица называет «порог Белекова Забора». Именно его имела в виду Ипатьевская летопись[255].

Самым интересным для нас является вопрос — для чего русским князьям необходимо было такое огромное количество ладей? Их было достаточно для перевозки 35–40 тысяч человек исходя из сообщения «Повести временных лет», что в ладьях времен киевского князя Олега во время известного похода на Константинополь в начале X в. помещалось 40 воинов («а в корабли 40 мужь»). Исследователи, обращавшие внимание на данный факт, полагали, что речь должна идти об общем числе пришедших к Хортице выгонцев, у которых они насчитали 35–40 тысяч воинов[256]. Но вряд ли столько людей могло жить в этот период в Днестровско-Прутском междуречье.

Наконец на Днепровском правобережье, близ устья речки Хортицы (она является правым притоком Днепра)[257], собрались все русские рати, а также подошли половцы. Таким образом, все русско-половецкие силы были сконцентированы в один кулак. При этом главный лагерь русские князья расположили на острове Хортица, тем самым обезопасив себя от внезапного нападения.