Бюро Вечных Услуг

Произнося этот короткий монолог, Герман возвышался над столиком, а значит, и над собеседниками, и было в этом возвышении нечто победное, торжествующее. Нестор, лишь условно приподнявшийся при приветствии, уже собирался встать в полный рост, но не для того, чтобы пригласить мистера Германа присоединиться к встрече. Нет, Нестор имел желание провести с незваным гостем разъяснительную беседу по поводу формата его риторики, а также указать на недопустимость двусмысленных намеков в сторону присутствующей дамы. Но дама умела сама за себя постоять. Обезоруживающе, но холодно улыбаясь, Соня дала следующую сопоставительную справку:

– Уважаемый, – к сожалению, а может, и к счастью, не знаю ни имени Вашего, ни отчества, ни рода занятий, – признаю Вашу правоту во всем: читать Библию – полезно для души, а пить вино – полезно для тела. Тем более, для моего – согласитесь – прекрасного тела, пускай и измученного многодневным безостановочным служением богу Дионису и, конечно же, Пенорожденной Афродите. Я служу им верно, беззаветно и порой даже самоотреченно, как завещал мой великий учитель и наставник (речь, наверняка, шла о черно-белом Драконе, о Семене Немировиче Волхе, который признавал питие одним из самых эффективных средств медитации). Как человек эрудированный и, на первый взгляд, склонный к аналитическому мышлению, Вы должны обнаружить некоторое сходство в образах Иисуса и Диониса. И тот, и другой родились у девственной матери и бессмертного отца. И тот, и другой были зачаты непорочно. Оба они создали ритуал для людей, который включает в себя прием еды и питья, символизирующих их плоть и кровь. Оба умерли и воскресли спустя три дня.

Вещи Соня говорила спорные. Но выдавала их уверенно и жестко, отчего все облекалось флером правдоподобия. Да и мистер Герман теперь уже не скалился торжествующим истуканом, а стоял почти застенчиво, робко, может, даже заискивающе. Весь он как-то просел, скукожился, потерял стать и размер. Вряд ли Сонина отповедь могла произвести такое воздействие на непробиваемого американца. Нестор догадывался, что здесь не обошлось без скрытой силы. Есть, без сомнения, есть у Справедливости в арсенале штуки помощнее Наг-анна.

– Присядьте, – требовательно приказала Соня.

Герман, сдавший позиции под натиском девушки, быстро занял краешек свободного стула, но желая залатать изрядно потрепанную броню самоуверенности, придвинул к себе небольшой, но толстый томик. Раскрыл Библию демонстрационно наугад. Потом начла читать:

– «И отвечал Моисей и сказал: а если они не поверят мне и не послушают голоса моего и скажут: не явился тебе Господь? – И сказал ему Господь: что это в руке у тебя? Он отвечал: жезл…»

Здесь Герман остановил чтение, чтобы перевести дыхание. Соня не совсем тактично воспользовалась образовавшейся паузой:

– Зачем?

– Зачем жезл? – Герман сделал вид, что не понимает вопроса.

– Нет, зачем Вы нам это читаете. Зачем Моисею был кадуцей, я знаю. Зачем действо сие – Ваше чтение – никак не могу уразуметь.

Герман улыбнулся, на взгляд Нестора, довольно пошловато:

– Раз у нас тут библейские чтения, могу я зачитать любимое место в Ветхом Завете?

Соня и Нестор одновременно покачали головами в знак отрицания. И Герман продолжил:

– «…сказал: брось его на землю. Он бросил его на землю, и жезл превратился в змея, и Моисей побежал от него».

– Моисей не мог побежать от змея, – мрачно заметила Соня. Нестор же стал скрывать растерянность в бокале с вином.

– Почему же? – Герман недоумевал. – Огромный, страшный, с пастью, переполненной ядовитыми зубами. Почему же Моисей не мог побежать от него?

– По традиции, разве пророк боится гласа и действий господа своего? – Соня злилась. – Все, что сделано богом, – уже хорошо по определению. Скорее, Моисей бы с радостным, отчаянным «Ахарай!» бросился бы в пасть чудовища.

– «Ахарай!», говорите? – улыбнулся Герман. – Хотел бы я глянуть на этот «Ахарай!», кода перед вами змей…

– Я видела змеев, – улыбнулась Соня, и получилось у нее это очень правдоподобно. – И бросалась, и не только в пасть.

– Не сомневаюсь, – произнес мистер Герман, а Нестор уже потерял нить разговора. – А не по традиции? Вы сказали, что по традиции пророк не испугался бы. А не по традиции?

– А не по традиции – не ведаю, – Соня пыталась завершить разговор. – Я вообще не знаю, был ли Моисей, а если и был – то кем? Может, он сам был змеем?

Герман попросил официанта принести еще один бокал под красное. Сомелье выполнил просьбу, налил из Нестеровой бутылки. Нестор не возражал. А что уж тут теперь возражать? Их нежданный собеседник развалился на стуле, придал и позе и голосу оттенок фамильярности и прочитал следующий отрывок из «Исхода»:

– «И сказал Господь Моисею: простри руку твою и возьми его за хвостОн простер руку свою, и взял его; и он стал жезлом в руке его». Как забавно, не находите? Эта могучая рептилия становится смирным посохом в руках какого-то старого еврея. Как такое может случиться? Просто протянуть руку и просто взять за хвост. Как просто! И змей из врага твоего превращается даже не в друга, – в слугу!