Бюро Вечных Услуг

– Ах, ну да, – Соня глянула на Нестора нежно и покровительственно. – Ты ж не филолог…

– Но тоже интеллигентный человек, – быстро закончил фразу Нестор. – Примерять, примирять – что за игры звуков.

– История долгая, но увлекательная. Не для этой книги. Но в двух словах… В стихотворении одного современного поэта – сейчас не вспомню, какого. Да и кто их помнит, этих современных поэтов? Вот умрут, тогда через полвека… Так вот, в стихотворении одного поэта есть такая фраза: «Видел я: ищет мира по миру миром мазаный мир честной». Все четыре слова «мир» означают разные понятия: покой, свет, масло, народ. Как-нибудь вернемся к этому разговору. А пока обратимся, – девушка улыбнулась, – к вере – она, вера, накладывает тонны мази на расползающиеся швы. Когда разум вопиет: «Все не так!», вера говорит «Это так. Остальное – сон».

В этот момент Нестор одновременно вспомнил о двух вещах: о песне Владимира Семеновича, что «и в церкви все не так!» и о Сониной подруге Фее, имя которой как раз и происходит от колониального «faith» – «вера». Песню захотелось спеть, про подругу – спросить. Но Нестор не сделал ни того, ни другого. Он продолжал слушать. Соня говорила:

– Все искусства ныне и во все времена подчинены религии. Любая же религия развивается только в языке. Все, что свершено хорошего, все, что сделано человеком плохого, – сделано посредством слова. Человек, окруженный миром вещей, явлений, событий, каждому из них придавал имя, «брал на слово»…

– Ой, это выражение – «брать на слово» – я знаю, вот только не помню – откуда! – перебил Нестор.

– И не нужно тебе знать, – улыбнулась Соня. – Выражение общее, авторов у него много. Еще поссоришь их. Все маги во все времена – и даже во всех романах – работали со словом. Не исключая магов городских. Но поговорим об этом позже. Не перебивай.

Чем более высокоразвито общество, чем богаче его культура, тем глубже его язык, тем прочнее связь внутреннего и внешнего миров. Чтобы погасить культуру, достаточно разорвать или ослабить эту связь. Ребенок, говорящий на языке любого из народов индоевропейских, по сравнению с взрослым и умным человеком другого племени будет философом. Таков триумф имперских языков. Но тут же их ахиллесова пята.

Единство человечества, которое, пусть утеряно в ходе исторического развития, но все еще восстановимо, целиком и полностью зависит от единства языкового.

– Мы читали в начале встречи о Вавилонском столпотворении, – напомнила Соня. Ни количество рук-ног, ни умение курить, которому, как известно – по емкой метафоре Рязанова и Брагинского, – можно научить и зайца, – ничего так не объединяет человечество в единое целое, как умение мыслить и выражать свои мысли словами.

29

– Лишь глубинное понимание своего языка, до самых корней, до самой сути, позволяет вникать в сказанное, написанное. Нужно ли вообще читать, если не собираешься вникать в суть? Стоит ли читать Библию, если ее чтение для тебя лишь чередование слов или забавный сюжет, «истинное значение» которого растолкует тебе «мудрый» священник? «Мудрый» мудростью той самой, господствующей, доктрины. Египетские волхвы так же невозможны по сути, как, например, американский самурай.

– Есть такой фильм, – напомнил Нестор.

Соня лишь печально улыбнулась и продолжила:

– Волхв – тот, кто занимается волхвой, волхованием. А волхование, в свою очередь, – бормотание непонятных слов, заклинаний. А почему непонятных? Потому что слова принадлежат Волху…

– Семену Немировичу? – удивился Нестор.

– Волху-Велесу, змею-Дракону древних славян. Какой волхв в Древнем Египте? Так же можно раскрыть значение слова «чародей» – тот, кто деет чары. Чара же – от авестийского «средство». И даже жрец – от «жрать», приносить жертву. Всем этим персонажам нет места в том времени и в том месте.

– А как же нужно называть жрецов Древнего Египта? – объяснения Сони завели Нестора в тупик.

– Египтяне были великими строителями. Даже в Древний Рим перешло такое наименование верховного жреца: Pontifex Maximus, что буквально означает «великий строитель мостов», Великий Понтифик. Даже так, хоть это уже более поздняя словесная калька, было бы более верным называть служителей фараона. А еще лучше называть их по собственным именам.

– Нет в Библии собственных имен египетских жрецов. Или есть? – засомневался Нестор.

– Нет, – согласилась Соня. – В Ветхом завете – нет. Лишь позже, в завете Новом упоминаются двое из тех, кто присутствовал тогда при разговоре Моисея с фараоном: Ианний и Иамврий. Во Втором послании к Тимофею. – И Соня процитировала по памяти:

– «Как Ианний и Иамврий противились Моисею, так и сии противятся истине, люди, развращенные умом, невежды в вере». Видишь: невежды в вере, а если быть более точным, то не имеющие веры, – развращены умом. Очевидная параллель «если веришь, то умен» структурирует разум, задает доктрину. Современные рекламные ролики построены на том же принципе. Ну, например, «только аристократы покупают это». А раз не покупаешь – не аристократ. Не веришь в это – развращен умом.

Потом глянула на Нестора глазами Справедливости и заключила: