Блистательный и преступный. Хроники петербургских преступлений

Надо заметить: 1870–1880-е годы в Европе, Америке и России были временем зарождения научной криминалистики. В работах бельгийца Ж. Кетле и итальянца Ч. Ломброзо предпринимались первые попытки теоретического осмысления феномена преступности. Во Франции полицейский чиновник Альфонс Бертильон разрабатывал первую в мире систему идентификации личности по совокупности антропометрических измерений (бертильонаж). В Англии, Индии и Североамериканских Соединенных Штатах велись наблюдения над папиллярными линиями и отпечатками пальцев (У. Хершел, Г. Фолдс), позволившие через пару десятилетий перейти к дактилоскопическому способу идентификации личности. Развивалась токсикологическая химия (М. Орфила, Ж. Стас), первые шаги делала криминалистическая баллистика (наблюдения П. Эзериха), ставились опыты по исследованию индивидуальных особенностей человеческой крови, спермы, слюны; расцветала судебная медицина (А. Лакассань, Э. Гофман). Мир потрясали громкие уголовные процессы – такие как дело об убийстве стряпчего Гуффре в Париже (отчасти напоминающее петербургское дело Фон-Зона, о котором см. в ч. II, гл. «Знаменитые убийства») и зловещие преступления вроде деяний Джека Потрошителя в Лондоне. И все же полиции остро недоставало научных методов и технических средств. При отсутствии таковых успех в сыскном деле определялся в первую очередь личными качествами сыщика. Но такие выдающиеся «сыщики милостию Божией», как И. Д. Путилин, рождаются не каждый день. Поэтому полиция часто, слишком часто стремилась отделаться от необходимости расследовать мрачные происшествия, приписывая их «несчастному случаю». Петербургские газеты того времени изобилуют упоминаниями о нахождении мертвых тел на улицах, помойках, чердаках, всплытии утопленников (особенно часто, почти ежедневно, такие сообщения появлялись в апреле—мае, по вскрытии льда). В подавляющем большинстве случаев инцидент исчерпывался тем, что полицейские дознаватели приписывали смерть случайности, последствиям пьянства или самоубийству. Трепов и Путилин боролись как могли с полицейской некомпетентностью, но им и их агентам нужно было самим учиться, набираться опыта.

Кстати сказать, сыскное отделение отличалось от остальной полиции тем, что имело штатную секретную агентуру. Другой структурой, возникшей при Трепове и также осуществлявшей агентурную работу, было созданное в 1866 году Отделение по охране государственного порядка и общественного спокойствия (охранное отделение, «охранка»).

В «полицейской» России до самой революции 1917 года не существовало единой общеимперской службы, осуществлявшей функции тайной политической полиции. Жандармерия, о которой речь ниже, не имела штатной секретной агентуры; жандармские офицеры гнушались такого рода работой. В 1880-е годы под руководством министра внутренних дел графа Д. И. Толстого и по инициативе начальника петербургской «охранки» подполковника Г. П. Судейкина была предпринята попытка создания общеимперской секретной политической полиции.

Но в 1883 году Судейкин был убит при встрече с собственным агентом, двойником, народовольцем и провокатором Дегаевым (см. об этом в ч. III, гл. «В двух шагах от Невского»), и с его гибелью подобные проекты более не возрождались.

Вообще же функции политического надзора, поддержания общественной нравственности и некоторые другие полицейские функции призваны были выполнять III Отделение собственной его императорского величества канцелярии и жандармерия.

III Отделение было создано в 1826 году и просуществовало до 1880 года. Последний выдающийся деятель, его возглавлявший (с 1866 по 1874 г.) – граф Петр Шувалов, консерватор, человек влиятельный и властный. Когда звезда Шувалова закатилась, пост этот короткое время (с 1874 по 1876 г.) занимал малоприметный А. Л. Потапов, а затем Н. В. Мезенцов, убитый в 1878 году революционером-народником Кравчинским (Степняком). Располагалось III Отделение на набережной Фонтанки у Цепного моста.

Само III Отделение представляло собой управленческую структуру с небольшим штатом сотрудников. Но в его распоряжении находился корпус жандармов. Начальник III Отделения был одновременно шефом жандармов, то есть командующим этим корпусом. Корпус жандармов имел отделения и штаты сотрудников во всех губерниях Российской империи. До 1867 года существовали жандармские округа, включавшие в себя по нескольку губерний; в 1867 году вследствие покушения на Александра II, совершенного Д. Каракозовым, структура жандармерии была усложнена, а штаты значительно увеличены. Громоздкие жандармские округа были упразднены, и вместо них созданы губернские и уездные жандармские управления, а также жандармские управления на железных дорогах.