Блистательный и преступный. Хроники петербургских преступлений

Нередко упоминает эти заведения – наряду с другими, им подобными, – Салтыков-Щедрин: «Сидит, например, Феденька за тонким обедом у Бореля, сквернословит насчет предстоящих ему карьер…» («Круглый год». Первое февраля). «Сегодня поют девки в „Ливадии“, завтра – будут петь в „Аркадии“… Сегодня пьянство у Донона, завтра – у Дюссо, послезавтра – у Бореля…» («Пестрые письма». Письмо первое). «Ливадия», «Аркадия» – это пригородные рестораны и увеселительные сады с опереточными театрами, популярные среди светской и полусветской петербургской публики. В Новой Деревне, в Шувалове и других модных во второй половине XIX века местах отдыха состоятельных петербуржцев процветал еще ряд таких заведений: «Озерки», «Дорот» (Черная речка, Ланское шоссе, 17), «Красный кабачок» (по Петергофскому шоссе). Ресторан «Дорот» В. О. Михневич характеризует в соответствующей статье словаря «Наши знакомые» как «фирму загородного притона для фешенебельного обжорства».

Это все – места дорогие, с ценами поистине грабительскими. Из заведений, более приемлемых для кутежа средних питерских обывателей, можно назвать ресторан Благородного собрания (дом Елисеева, Невский пр., 15), «Малый Ярославец» на Большой Морской, ресторан и кондитерскую «Доминик» на Невском у лютеранской кирхи (первое место по количеству посетителей, приличное качество, приемлемые цены), винные погреба Фохтса (12 погребов в разных местах города: Невский пр., 20, угол Воскресенского пр. и Сергиевской ул.; у Кокушкина моста и др.), ресторан Ротина в гостинице «Москва» (угол Невского и Владимирского пр.) и, конечно же, вездесущих конкурентов – Палкина и Одинцова.

Фруктово-овощной магазин Одинцова, считавшийся лучшим в городе заведением такого рода, располагался в так называемых Милютиных (по-другому – Серебряных) рядах, на Невском, у Думской башни. В этом же магазине находилась и приличная закусочная-распивочная с «кабинетами». Другой одинцовский магазин помещался на углу Гороховой и Малой Морской. Палкин развернул в городе целую сеть трактиров и закусочных; столицей этой империи был ресторан «Новый Палкин» на углу Невского и Владимирского, напротив гостиницы «Москва», если смотреть через Владимирский.

Чуть ниже рангом, чем вышеназванные рестораны, стояли развлекательные театры, кабаре и кафешантаны, в коих актрисы нестрогих нравов разыгрывали легкие оперетки, отплясывали канкан, куда манили недорогие буфеты с обилием горячительных напитков. Театр «Буфф» на Невском, возле нынешнего Елисеевского магазина; театр Берга на Екатерингофском проспекте (ныне пр. Римского-Корсакова); «Орфеум» на Владимирском (где сейчас Театр Ленсовета); сад и театр «Аквариум» на Каменноостровском проспекте; наконец, совсем уже развеселые и низкопробные танцклассы (по-нашему – дискотеки с баром) «Эльдорадо» и «Марцинки» (танцкласс Марцинкевича на углу Гороховой и Семеновского моста). Тут можно было и музычку послушать, и полюбоваться на бедра балерин, обнажаемые в лихом канкане, и мадеры выпить в буфете, закусив сладеньким, а после этого – поймать продажную фею на время или на ночь: тут сновало их великое множество на всякий вкус, возраст и темперамент.

Все мало-мальски «приличные» петербуржцы рвались в эти «райские» места; отставной надворный советник Фон-Зон, сутенер Александр Штрам, молоденький купчик Чекалин, его роковая возлюбленная буфетчица Лебедева и его соперник поручик Авксентьев, реальные убийцы и жертвы, а также вымышленные персонажи Некрасова, Крестовского, Достоевского, Салтыкова-Щедрина – все побывали тут. А у кого вовсе уж плохо было с денежками – тех ждали дешевые трактиры, «ренсковые» погреба, полпивные, кухмистерские, а то и просто обжорки Сенного рынка, Ямской улицы или копеечного «Малинника», что на Сенной площади.

Он всюду ходит с паспортом. Или без паспорта

В России существовала жесткая, архаичная и очень неудобная паспортная система. Основы ее были заложены еще законами Петра Великого; при Николае I в 1833 году был принят «Свод уставов о паспортах и беглых».