Читаем Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир» полностью

К. Пауэлл полностью отмежевался от поселенческой деятельности Израиля на контролируемых территориях, резко осудив ее: «Строительство израильских поселений на оккупированных территориях резко подорвали надежду палестинцев на лучшее будущее. Эта политика Израиля фактически заранее предопределяет исход переговорного процесса и тем самым убивает все шансы на достижение полноценного мира. Соединенные Штаты давно выступают против строительства поселений. Учитывая содержание доклада, подготовленного Комиссией во главе с сенатором Джорджем Митчеллом, эта деятельность должна быть немедленно прекращена». Обратим на это внимание: госсекретарь не только потребовал прекратить всю деятельность по развитию еврейских поселений в Иудее, Самарии, Иорданской долине и секторе Газа, но и объявил именно ее как фактор, «убивающий все шансы на достижение полноценного мира». Палестинцы не могли надеяться услышать более однозначное выражение поддержки их позиции.

Представляется, что концепция, согласно которой вследствие террористических атак, имевших место 11 сентября 2001 года, администрация США существенно ужесточила свою позицию по отношению к палестинцам не соответствует действительности: спустя всего два месяца после этого госсекретарь выступил в поддержку палестинской государственности и с резким осуждением оккупации и поселенческой деятельности Израиля, потребовав прекратить их. Стратегически госсекретарь поддержал основные положения именно палестинской, а отнюдь не израильской позиции, поэтому, скорее, здесь можно говорить о преемственности с основными положениями, которые отстаивал Б. Клинтон, чем о каком-либо существенном изменении подхода.

От палестинского руководства и общества американцы требовали признать право израильтян «жить, не опасаясь террора и войны.

Палестинское руководство обязано приложить все усилия к тому, чтобы прекратить акты насилия и террора в отношении израильтян. И здесь нужны не слова, а конкретные шаги и реальные результаты. Террористы должны быть остановлены еще до того, как нападут. Палестинское руководство должно арестовывать и наказывать тех, кто причастен к террористическим актам. Оно должно следовать своим обязательствам по противодействию терроризму и нести ответственность за их несоблюдение».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное