Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир»

Л. Корб верно процитировал фрагмент статьи Э. Блэка о его беседе с К. Уайнбергером[102], что, в общем, еще больше запутывает дело — кто, как не сам министр обороны, «раздул» дело Дж. Полларда, отправив два меморандума рассматривавшему это дело судье, причем второй из них — буквально накануне вынесения приговора?! И само же письмо бывшего заместителя главы Пентагона дает ответ на столь долго мучившие столь многих вопросы: один из ближайших сподвижников Р. Рейгана отличался, по словам его заместителя, «почти животной неприязнью к Израилю» [в оригинале — visceral dislike of Israel]. Это пишет не какой-то нанятый израильский пропагандист, это утверждает американский ученый и общественный деятель, на протяжении четырех лет бывший заместителем главы Пентагона! Об отношении К. Уайнбергера к еврейскому государству, в целом, было известно и раньше: Стивен Спигель писал, что министр обороны считал «Израиль всё более назойливым и раздражающим фактором, который должен быть научен себя вести [sic!], чтобы интересы США на Ближнем Востоке были реализованы»[103]. Тот факт, что Каспар Уайнбергер сам был внуком еврея, служит еще одним примером феномена еврейской самоненависти, описанного философом Теодором Лессингом и социальным психологом Куртом Левином в 1930-е годы. Как и Генри Киссинджер, о чем подробно говорилось в предыдущих главах, так и Каспар Уайнбергер делали всё возможное, чтобы президент — будь то Никсон, Форд или Рейган — не заподозрил их в «двойной лояльности» и произраильских симпатиях.