Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир»

Вопреки словам М. Индика о том, что «пока центром внимания является распутывание палестинского направления в мирном процессе, невозможно добиться прогресса на каком-то другом направлении», американцы не забывали давить на Б. Нетаньяху, требуя от него подтвердить согласие, данное его предшественниками, И. Рабином и Ш. Пересом, об уходе с Голанских высот. Сирийцы не соглашались ни на какие территориальные компромиссы в отношении этой территории, отказываясь также принять какое-либо сепаратное соглашение между Израилем и де-факто контролировавшимся ими тогда Ливаном. Попытка Б. Нетаньяху предложить формулу переговоров «сначала — Ливан» (достижение сепаратного ливаноизраильского соглашения о мирном урегулировании) была расценена в Сирии как уловка, предназначенная для того, чтобы ослабить сирийские и ливанские позиции. Б. Нетаньяху стремился добиться мирного урегулирования ливанской проблемы, независимо от достижения мирного договора с Сирией. Однако сирийская сторона стремилась увязать урегулирование ливанской проблемы с подписанием израильско-сирийского мирного договора и отступлением израильских войск с Голанских высот. Более того, сирийское правительство настаивало, чтобы израильско-сирийские мирные переговоры были продолжены на тех условиях, на которых они были прерваны в начале 1996 года. Напротив, Б. Нетаньяху настаивал, чтобы переговоры между израильскими и сирийскими делегациями были возобновлены без предварительных условий и независимо от уступок, сделанных на переговорах с сирийцами представителями проигравшей выборы Партии Труда, не без оснований полагая, что суть демократического режима в том и состоит, что избранное народом руководство должно сформулировать свой курс, а не идти в фарватере предшественников. Эта неуступчивость Б. Нетаньяху, даже несмотря на американское давление, ставила под вопрос саму роль США как глобального лидера в процессе ближневосточного урегулирования, ибо побуждала X. Асада обращаться к другим посредникам ввиду неэффективности американцев. Сирийцы стремились привлечь к переговорам еще одну державу, например, Россию или Европейский союз, которые, как считали в Дамаске, усилили бы их позиции на переговорах своей безоговорочной поддержкой. Однако сирийские планы по привлечению к процессу переговоров европейских держав противоречили планам дипломатов США, на что указал Деннис Росс в конце июля 1996 года. Хафез Асад отказывался идти на уступки, и американцы вновь и вновь давили на Беньямина Нетаньяху.

В ходе переговоров с У. Кристофером Б. Нетаньяху согласился на уход с Голанских высот, но обусловил это выполнением трех шагов: во-первых, заключением мирного договора не только между Израилем и Сирией (на границе между которыми боевые действия не велись с 1974 года), но и между Израилем и Ливаном, что должно было гарантировать безопасность и мир всему северу Израиля; во-вторых, получением гарантий безопасности, включая размещение десяти тысяч американских военных на территории Голанских высот, чтобы контролировать демилитаризированную зону между Сирией и Израилем; и, в-третьих, получением гарантий, что сирийцы не будут пытаться нанести урон водным источникам, питающим озеро Кинерет — основной резервуар пресной воды в Израиле.

В 1998 году Беньямин Нетаньяху согласился на нетривиальную модель «челночной дипломатии»: переговоры в Дамаске и Иерусалиме вел Рональд Лаудер (Ronald Steven Lauder) — американский миллиардер еврейского происхождения (с 2007 года он возглавляет Всемирный еврейский конгресс), в 1986–1987 годах бывший послом США в Австрии[213]. Возможно, X. Асад ошибочно полагал, что Б. Нетаньяху, в ситуации стагнации мирного процесса с палестинцами и испытывая давление со стороны представителей Госдепартамента и администрации президента США, будет готов на дополнительные уступки Сирии в процессе переговоров. Детали этих переговоров, ведшихся в глубокой тайне и от израильского общества, и от Кнессета неизвестны до сих пор, хотя некий вариант обсуждавшегося соглашения (не ясно, последний ли) был позднее опубликован в израильской печати[214]. Соглашение между сторонами достигнуто не было. Но факт, что эти переговоры имели место, означал существенное изменение позиции X. Асада в отношении дальнейшего процесса ближневосточного урегулирования. Вероятно, позиция X. Асада изменилась под влиянием окрепшего тогда союза Турции и Израиля, беспокоившего сирийского правителя, страна которого располагается как раз между двумя этими государствами. Так или иначе, стагнация на израильско-сирийском направлении побудила Б. Клинтона бросить все силы на переговоры между руководителями Израиля и ПНА.