Близко, нежно, навсегда. Как создать глубокие и прочные отношения. Теория привязанности

Дэн Сигел говорит об «окне толерантности» — оптимальном уровне возбуждения, когда нервная система человека чувствует себя «как дома»[33]. В пределах этой зоны мы оживлены и восприимчивы, но это не вызывает чрезмерного стресса, мы можем расслабиться, оставаясь внимательными и наслаждаясь этим состоянием, мы не отстраняемся от мира и не впадаем в депрессию. Наша нервная система работает как должно, в определенном ритме: ее симпатическая часть обеспечивает всплеск энергии и оживление, затем парасимпатическая система дает нам расслабиться, отдохнуть, переварить пищу. Сперва мы чувствуем себя энергичными и активными, а затем возвращаемся к расслаблению, словно покачиваемся на ласковых волнах. Это еще один способ описать надежную привязанность — наша нервная система работает как полагается. Однако у людей с надежным типом привязанности и нормальной регуляцией окно толерантности не статично — оно постепенно расширяется. Поскольку они могут успешно регулировать свой уровень нервного возбуждения как сами, так и посредством других людей, со временем они становятся способны переживать более высокие всплески и более низкие спады, не выходя из зоны комфорта (которую я называю «диапазон психической устойчивости»).

Те из нас, чья адаптация амбивалентная, легко выходят за верхнюю границу этого оптимального диапазона при возбуждении симпатической нервной системы, переживая напряженные эмоциональные состояния, такие как тревога, паника, злость или даже ярость. Механизм привязанности слишком активен, чрезвычайно чувствителен и чрезмерно реагирует на малейшие ошибки и недопонимания в отношениях, поскольку непрерывный страх быть покинутыми не дает нам расслабиться даже в моменты близости и безопасности.

Люди с избегающим типом, наоборот, бессознательно тратят очень много энергии на то, чтобы заблокировать в себе естественную, здоровую потребность в привязанности. Они чаще выходят за нижнюю границу окна толерантности вследствие гиперактивности парасимпатической нервной системы: это снижает эмоциональность, жизненный тонус, мотивацию и ведет к незаинтересованности в отношениях с людьми, особенно в интимных. Можно сказать, что в этом случае механизм привязанности отключен, деактивирован, что приводит к отчужденности и диссоциации.

Помните, что тревожно-устойчивый, тревожно-избегающий и дезорганизованный стиль — части единого диапазона. Вы могли заметить в себе более или менее сильную склонность к одному из типов. Но возможно, вы проявляете признаки разных адаптаций в зависимости от конкретных отношений с разными людьми. Также вы можете большую часть жизни оставаться в пределах надежной привязанности, но реагировать на некоторые триггеры, временно впадая в ненадежные паттерны.

Слишком долго оставаясь в активном или выключенном состоянии, наша система привязанности выходит из равновесия. Также и регуляция нервной системы может разладиться из-за чрезмерного симпатического возбуждения или длительного парасимпатического спада. А при дезориентированном типе привязанности, в состоянии сильнейшего стресса, вегетативная нервная система как бы перескакивает из одной крайности в другую, что проявляется в сильных колебаниях температуры, расстройствах аппетита (переедании или недоедании), чрезмерном или низком сексуальном желании, обмороках и/или реакциях замирания, оцепенению.

Факторы, способствующие формированию дезориентированной привязанности

Как видим, сложность дезорганизованной адаптации в том, что человек мечется между двумя крайними состояниями на противоположных концах диапазона психической устойчивости. Дезориентированная привязанность заставляет нас прибегать то к полной отстраненности и выключению «сигнального плача», то впадать в перевозбуждение и не отключать его ни на минуту, поскольку привязанность у нас так сильно ассоциируется с угрозой.

Несомненно, это очень тяжелое состояние. Кто-то из нас склонен к «дезориентированно-избегающей» модели, когда высокий уровень стресса или опасности вызывает страх и отстранение. Один из моих клиентов, Хауи, рассказывал, как у отца в пьяном виде бывали приступы злобы и крика. Особенно Хауи запомнилось, как отец кричал на него за то, что он потерял мяч или выбил за поле в бейсбольном матче. После чего папа отстранялся и несколько дней не обращал на сына внимания. Эта история, скорее всего, отражает многие воспоминания Хауи об отцовских пьяных вспышках гнева. И теперь на шум и повышенные тона мой клиент реагирует как на угрозу — бегством, диссоциацией, депрессией и отстраненностью.