Большие надежды (без указания переводчика)

Вторая изъ двухъ встрѣчъ случилась съ недѣлю спустя послѣ первой. Я опять оставилъ свою лодку у буяна, ниже моста, только я вышелъ на берегъ часомъ раніе и не рѣшился, гдѣ буду обѣдать. Я добрелъ до Чипсайда и пробирался одинъ-одинешенекъ, безъ опредѣленной цѣли, въ дѣловой, суетливой толпѣ, когда кто-то, догнавъ меня, потрепалъ по плечу. Это былъ мистеръ Джаггерсъ, и онъ тотчасъ подхватилъ меня подъ руку.

— Такъ-какъ мы идемъ въ одну сторону, Пипъ, то пойдемъ вмѣстѣ. Куда это вы направляетесь?

— Да я думаю въ Темплъ, сказалъ я.

— Вы развѣ не знаете навѣрно? спросилъ мистеръ Джаггерсъ.

— Вотъ, видите ли, отвѣтилъ я, обрадовавшись, что на этотъ разъ могу увернуться отъ его допросовъ:- я дѣйствительно не знаю, потому-что еще не рѣшился.

— Но вы идете обѣдать? сказалъ мистеръ Джаггерсъ. — Это вы можете допустить?

— Да, отвѣтилъ я: — это я могу допустить.

— И никуда не приглашены?

— Даже и это я могу допустить.

— Въ такомъ случаѣ, сказалъ мистеръ Джаггерсъ: — приходите обѣдать ко мнѣ.

Я уже собирался отказаться, какъ онъ прибавилъ:

— Уемикъ у меня обѣдаетъ.

Я тотчасъ же согласился. Мы отправились вдоль Чипсайда къ Литель-Бритенъ. Между-тѣмъ, въ окнахъ магазиновъ загорались огни, и фонарщики, едва находя мѣсто для своихъ лѣстницъ среди толкотни и суеты, то-и-дѣло карабкались и спускались по нимъ, зажигая фонари.

Въ Литель-Бритенѣ повторилось все по обыкновенію: писаніе писемъ, мытье рукъ, тушеніе свѣчей, запираніе замковъ, означавшее, что дневная работа окончена. Не имѣя занятія, я стоялъ и грѣлся у камина. При его мерцавшемъ свѣтѣ, мнѣ показалось, что обѣ маски на полкахъ играли въ какую-то бѣсовскую игру, поперемѣнно поглядывая другъ друга, а что толстыя жирныя конторскія свѣчи, тускло освѣщавшія уголокъ, въ которомъ писалъ Джаггерсъ, были украшены грязными саванами, какъ-бы въ воспоминаніе цѣлаго легіона повѣшанныхъ кліентовъ.

Мы всѣ втроемъ, съ Уемикомъ, отправились въ Джерард-Стритъ въ наемной каретѣ, и какъ только пріѣхали, сѣли обѣдать. Хотя мнѣ и въ голову не пришло бы сдѣлать, хоть бы самый дальній намекъ на уемиковы уальворѳскія убѣжденія, однако я былъ бы не прочь отъ времени до времени встрѣтить дружественный взглядъ его; но и этому, какъ видно, не слѣдовало быть. Всякій разъ, какъ онъ поднималъ глаза со стола, онъ вперялъ ихъ въ Джаггерса, и былъ такъ сухъ и сдержанъ со мною, что можно было бы подумать, что есть два Уемика-близнеца, и это не настоящій Уемикъ.

— Отослали вы къ мистеру Пипу записочку миссъ Гавишамъ, Уемикъ? спросилъ Джаггерсъ скоро послѣ того, какъ мы сѣли за столъ.

— Нѣтъ, сэръ, отвѣтилъ Уемикъ. — Я хотѣлъ отослать ее на почту, когда вы пришли съ мистеромъ Пипомъ въ контору. Вотъ она-съ.

Онъ подалъ записку Джаггерсу, вмѣсто того, чтобъ отдать ее мнѣ.

— Всего двѣ строчки, Пипъ, сказалъ мистеръ Джаггерсъ, передавая ее мнѣ. — И адресовано ко мнѣ, потому-что миссъ Гавишамъ не знаетъ вашего адреса. Она пишетъ мнѣ, что желала бы видѣть васъ по поводу одного дѣла, о которомъ вы ей говорили. Вы къ ней поѣдете?

— Да, отвѣчалъ я, пробѣгая письмо, заключавшее въ себѣ слово-въ-слово то, что онъ сказалъ.

— Когда же вы думаете ѣхать?

— Меня связываетъ одно важное обстоятельство, сказалъ я, взглянувъ на Уемяка, опускавшаго въ эту минуту рыбу въ свой непомѣрно-большой ротъ, которое не позволяетъ мнѣ располагать своимъ временемъ; я полагаю, что я скоро отправлюсь.

— Если мистеръ Пипъ намѣренъ скоро отправиться, сказалъ Уемикъ Джаггерсу: — то ему и не нужно отвѣчать.

Принявъ это за намекъ, что лучше не мѣшкать, я рѣшился ѣхать завтра же, о чемъ и сказалъ имъ. Уемикъ выпилъ вина и съ очень-довольнымъ видомъ взглянулъ на мистера Джаггерса, но не на меня.

— И такъ, Пипъ, нашъ пріятель, паукъ, сказалъ Джаггерсъ:- ловко съигралъ свою игру и взялъ призъ.

Я только былъ въ состояніи поддакнуть.

— О! Этотъ молодой человѣкъ подаетъ большія надежды, только врядъ ли ему удастся добиться своего. Сильнѣйшій побьетъ подъ конецъ; только сперва надо знать, который изъ двухъ сильнѣйшій. Если окажется, что это онъ, и онъ ее побьетъ…

— Конечно, мистеръ Джаггерсъ, перебилъ я съ негодованіемъ:- вы не считаете его серьёзно до такой степени мерзавцемъ?

— Я этого не сказалъ, Пипъ. Я только говорю, что можетъ выйдти. Если онъ кинется на нее и побьетъ, то сила будетъ на его сторонѣ, если же состязаніе будетъ умственное, то конечно онъ не выйдетъ побѣдителемъ. Можно только напередъ сказать, что такой молодецъ сдѣлаетъ въ подобныхъ обстоятельствахъ, потому-что тутъ могутъ быть только два исхода.

— А позвольте спросить, какіе именно?

— Такой человѣкъ, каковъ пріятель нашъ паукъ, отвѣтилъ мистеръ Джаггерсъ, или бьетъ, или ползаетъ. Онъ можетъ ползать и огрызаться, и ползать и не огрызаться, но только, онъ или бьетъ или ползаетъ. Вотъ спросите у Уемика, какъ его мнѣніе.

— Иди бьетъ или ползаетъ, сказалъ Уемикъ, не обращаясь ко мнѣ.