Черная смерть. История самой разрушительной чумы Средневековья

В книге «О термоядерной войне», одном из наиболее исчерпывающих исследований, посвященных последствиям ядерной войны, которые когда-либо проводились, исследователь Герман Кан заявляет: «Объективные исследования показывают, что, даже если количество человеческих страданий в послевоенном мире значительно увеличивается, для большинства выживших это не является препятствием для того, чтобы вести нормальную, счастливую жизнь»[633]. Последствия чумы позволяют предположить, что оценка постапокалиптической жизни, данная доктором Каном, верна лишь наполовину. Выжившие после страшной эпидемии действительно смогли наладить свою жизнь и восстановить общество, но, как отмечается в стихотворении «Черная смерть в Бергене», память о том, что они пережили, никогда не покидала их:

Зрелище, которое вечно преследует душу,отравляет жизнь до самого конца[634].

Джеймс Вестфол Томпсон, психиатр из Чикагского университета, писал о последствиях Первой мировой войны, отмечая несколько параллелей между Потерянным поколением Великой войны и поколением, пережившим Черную смерть. «Внешняя, будто лихорадочная веселость, склонность к разврату, дикая волна расточительства, обжорство – все эти явления легко объяснимы в свете перенесенных шока и травм в Великой войне»[635], – говорил доктор Томпсон, и во всем описанном отчетливо прослеживаются параллели с поведением людей, переживших чуму.

Восточная Англия, весна 1349 года

На карте восточное побережье Англии образует достаточно прямую линию от Йоркшира до Уоша, большого залива, который викторианцы называли Немецким морем (более известное название – Северное море). Ниже Уоша побережье внезапно делает маневр, словно голова, которая резким рывком хочет пробить стену. Эта картографическая иллюзия и есть Восточная Англия.

Возможно, потому что океан и небо всегда манили людей, этот регион давно стал отправной точкой для тех, кто жаждал приключений. В семнадцатом веке колонисты из Норфолка и Саффолка, двух графств Восточной Англии, заселили Новую Англию, куда принесли с собой не только многие местные топонимы, включая Ярмут, Ипсвич, Линн (Массачусетс), Норвич и Норфолк (Коннектикут), но и особенности речи, которые дали начало бостонскому акценту. Однако задолго до того как Восточная Англия открыла для себя Новый Свет, она поняла, как можно заставить бесперспективную окружающую среду работать на себя. В годы, предшествовавшие эпидемии чумы, крестьяне плодородных центральных английских земель с удивлением обнаружили, что их коллеги, жившие вдоль побережья Немецкого моря, превратили регион, который мог похвастаться только легкой песчаной почвой, мрачным небом и маленькими, экономически нерентабельными фермами, превратился в наиболее активно развивающийся уголок Англии[636].

В четырнадцатом веке жители Восточной Англии не занимались сельским хозяйством, они производили сукно – это была главная отрасль промышленности региона. В сотнях городов и деревень в Норфолке и Саффолке от рассвета до заката эхом разносились удары колодок сукновалов. Сукновал, который должен был очищать и уплотнять шерсть перед прядением, позаимствовал свои методы работы у виноделов и инквизиторов. Одну половину дня работник проводил, стоя в корыте с водой и прыгая на груде шерсти, другую половину просто колотил по шерсти деревянным бруском – «колодкой» – до тех пор, пока шерсть не станет достаточно чистой и приобретет нужную толщину[637].

Накануне эпидемии чумы Восточная Англия превратилась в самый густонаселенный район Англии, а ее главный торговый центр, Норвич – слово содержит суффикс «вич», как в названиях Норвич и Ипсвич, так в древности называли место для торговли, – стал вторым по величине городом королевства. Его население составляло около двадцати тысяч человек, многие из которых были потомками народов, живших по ту сторону Немецкого моря. Во времена Римской империи жестокие саксы так часто вторгались на эту землю, что легионеры называли этот регион Саксонским берегом, а в IX и X веках на смену саксам пришли еще более жестокие викинги[638]. Но самый беспощадный завоеватель в истории Восточной Англии пришел в регион не на даккаре[639], а на повозке, телеге или в седловой сумке. Примерно в середине марта 1349 года Y. pestis выехала из Лондона и направилась в Восточную Англию. К тому моменту, когда чума покинула этот регион, Восточная Англия, как Флоренция, Сиена и Авиньон, пережила что-то, похожее на взрыв атомной бомбы.