Черный Феникс Чернобыля

Помолчав немного и призадумавшись обо всем сказанном, они затем всей честной компанией, соблюдая сосредоточенность, навеянную словами Булгакова и выдержкой из Бхагавадгиты Оппенгеймера, отправились на двух лодках, по форме напоминавших венецианские гондолы, на небольшой остров Кафарон посередине озера, имевший подозрительную для землян величину: 333,3 метра в длину и 333,3 метра в ширину. На острове в обстановке философской тишины и в глубине яблоневого сада располагалась хижина созерцания забвения: в ней обитала душа известного английского эзотерика Артура Эдварда Уэйта, являвшаяся главным садовником, а по совместительству и библиотекарем дворца царственного искусства. Виноградные посадки, простиравшиеся за дворцом, и вина, полученные из культивируемого местного винограда – результат ее неутомимой деятельности. Они увидели ее вышедшей встречать их у хижины в белом розенкрейцерском облачении, очевидно, творившей долгие молитвословия в свежей уединенности яблочных деревьев сродни нашей антоновке. Души четы Булгаковых были очень дружны с душой неутомимого исследователя христианского мистицизма, во дворце ходили слухи, что по ночам ее посещает сама душа волшебника Мерлина, а душа короля Артура приходит к ней на остров в одежде обычного деревенского рыбака. О содержании бесед с душами легендарных героев раннего средневековья душа садовника Уэйта не распространялась даже сдружившимся с ней душам Михаила Булгакова и Елены Нюренберг.

Оказавшись у старой разросшейся яблони слева от хижины созерцания забвения, душа Елены Сергеевны сорвала крупное спелое яблоко, протянув его душе Якова Голосовкера. Как только она ощутила яблоко в своей ладони, так вдруг, откуда ни возьмись, черный ворон спикировал и в мгновение ока выхватил плод из руки души Якова Голосовкера. Бонифаччо хотел было броситься на ворона, но не успел, взявшись с недовольным видом ходить взад и вперед у яблони, грозным мурлыканием прибавляя себе солидности.

Артур Эдвард Уэйт в розенкрейцерском облачении

– Это Феникс, – с легким смущением сказала душа Артура Эдварда Уэйта, – душа ворона обитает здесь, пока не воплотиться снова на земле, а ее место займет душа, пришедшая с земли. Феникс живет на верхушке этой яблони и очень ревниво относится, когда посягают на его имущество, коим он считает яблоню с яблоками. Вот такое упокоение души этой вещей птицы. В общем, ничего нового.

Феникс, обернувшись восвояси и прикинувшись голодным, грозно каркая, неустанно трепал мякоть яблока, усердно оглядываясь на незваных гостей из дворца и косясь на Бонифаччо. Внезапно, вероятно, от усталости общения и всего происшедшего и здесь, и на Земле, у души Якова Голосовкера потемнело в глазах и ей показалась как моментально пожелтели листья на яблоне и стали с шуршанием опадать, и каждый из листьев был исписан строчками из его сожженного произведения «Записи неистребимой». Душа Михаила Булгакова, все сразу уразумев, первой прервала нечаянное исступление от пережитого души Якова Голосовкера:

– Я же говорил, мастер, что рукописи не горят, в чем вы и удостоверились. Ну а Феникс, – Булгаков лихо кивнул в сторону уже восседавшей на ветви на безопасном расстоянии от них души настороженной и насупившейся птицы, – столь же ловко раскроил плоть яблока, сколь сегодня в земную Лазареву Субботу был растворен на Украине близ нашего родного Киева кладезь бездны. Читайте символы и знаки, дорогой Яков Эммануилович, в чем вы гораздо искушеннее меня. Феникс – страж синь-камня славянского Чернобога, а теперь в веках избегающий смерти человек-фантом Кмита-Чернобыльский, питающийся силой позаброшенных и позабытых алтарей, может получить вящую силу для совершения своих злодеяний. Значит, Сын Божий Иешуа Га-Ноцри попустил и это. Не столь трудно, сколь скорбно, чувствуя свою беспомощность, Яков Эммануилович, быть пророком вдалеке от Земли. Очевидно Кмита-Чернобыльский, прежде чем уйти в небытие и серное пламя, должен совершить нечто, что способно поколебать основы земного мироздания.