Чужое имя. Тайна королевского приюта для детей

Имея под пятой большую часть Европы, Гитлер устремил взор на Великобританию. Премьер-министр Уинстон Черчилль понимал, что предстоит, и постарался успокоить взволнованную нацию:

Я ожидаю скорого начала битвы за Британию. От этой битвы зависит выживание христианской цивилизации. От нее зависит наша собственная жизнь, преемственность наших общественных институтов и нашей империи. Вся мощь и ярость врага вскоре может обрушиться на нас. Гитлер понимает, что он должен сломить нашу волю на этом острове или проиграть войну. Если мы сможем выстоять против него, то вся Европа может стать свободной и мировая жизнь вернется на широкую, солнечную дорогу, ведущую вверх. Но если мы проиграем, то весь мир, включая Соединенные Штаты, включая все, что мы знали и любили, погрузится в бездну нового Средневековья, которое станет более зловещим и, вероятно, более долгим в силу достижений извращенной науки. Поэтому давайте укрепимся духом перед нашими грядущими обязанностями и давайте покажем себя с такой стороны, что, если Британская империя и ее Содружество продлится еще тысячу лет, люди все равно будут говорить: «Это был их величайший час»[68].

Дороти так и не услышала эти мощные слова, успокаивавшие испуганную нацию, которая готовилась к войне. Дети из госпиталя не имели доступа к газетам или радиопередачам, а сотрудники никогда не обсуждали с ними угрозу наступающей войны. Дети знали так мало, что Дороти помнила, как задолго после начала войны кто-то из учителей ворвался в классную комнату с криком: «Они потопили “Бисмарк”! Они потопили “Бисмарк”!» «Бисмарк» был «непотопляемым» флагманом нацистского флота и символом намерения Гитлера удерживать контроль над союзными конвоями в Ла-Манше для истощения Британии. Его потопление 27 мая 1941 года было великой победой для союзников, и эта новость вызвала восторженные отклики по всей Англии. Но девочки из госпиталя непонимающе смотрели на учителя, не представляя, о чем идет речь.

Естественно, найденыши не знали и о том, что, когда солнце взошло над Англией годом ранее, 10 июля 1940 года, немецкие бомбардировщики нанесли удар по корабельному конвою в Ла-Манше, а другие атаковали корабельные верфи в Южном Уэльсе. Битва за Британию началась. С июля до сентября самолеты люфтваффе бомбили конвои, порты, заводы и аэродромы. Недовольные результатом, 7 сентября 1940 года немцы изменили свою тактику и поставили новую цель: деморализовать британцев интенсивными и непрерывными бомбардировками крупных городов. Этот блицкриг оставил после себя более 43 000 погибших и десятки тысяч раненых.

Приготовления к неизбежному нападению начались задолго до того, как немецкие самолеты вторглись в воздушное пространство Британии: начались затемнения, было выдано более 37 миллионов противогазов, 400 миллионов мешков с песком уложено вокруг лондонских зданий и монументов. Места, которые могли привлечь большое скопление жителей, были закрыты, и знаменитая лондонская подземка перестала работать. В Лондонском зоопарке усыпили ядовитых змей и уничтожили рыб, так как аквариумы были осушены для сбережения ресурсов. Горожане готовились к войне, устанавливая в садах навесы из гофрированной стали, присыпанные землей, а в отсутствие сада – просто складные приспособления, под которыми можно было спрятаться.

Налеты были регулярными и безжалостными, с непрерывной бомбежкой по ночам. В какой-то период Лондон подвергался постоянной бомбежке пятьдесят семь ночей подряд. Психологический ущерб от этих налетов хорошо задокументирован: повышенная тревожность и компенсация стресса, включая выпивку, деланую браваду, прикрывающую страх, и даже усиление полового влечения у женщин. Хотя люди редко обращались за профессиональной помощью и приоритет оставался за физическими травмами, врачи отмечали рост заболеваний, связанных со стрессом, таких как язва желудка.