Действие вместо реакции

В этом режиме бытия мы обращены вовне даже тогда, когда пытаемся посмотреть внутрь себя. Мы ищем наслаждение и смысл за пределами своей ситуации. Они видятся нам в некоей лучшей версии себя, в лучшей версии своих обстоятельств жизни. И там же, вовне, наше воображение рисует главные опасности.

Внешняя опора при установке на обладание образует гигантское слепое пятно. Мы не можем увидеть, что главные условия как блага, так и погибели присутствуют исключительно прямо сейчас. Они содержатся в самом действующем уме и в том моменте, где мы находимся.

Всякая текущая ситуация жизни представляется нашим древним инстинктам не полноценным творческим объектом, а временной несовершенной остановкой на пути в более светлое будущее. Телега ставится впереди лошади, и вечное настоящее оказывается подчинено временному будущему.

Мы испытываем постоянную агрессию против того, что есть, и жажду того, чего или еще нет, или уже нет. Мы движемся снаружи внутрь, подобно голодному рту, засасывающему в себя реальность. Но мы все равно не можем насытиться, потому что сам наш голод является невротическим. Он не может быть утолен никаким объемом стимулов и ресурсов.

Эволюция жизни, создавшая лимбическую систему, породила и ее смышленого младшего брата. Это кортикальная система управления поведением и основанный на ней особый способ существования ума – большой ум, недуальный ум. Тот самый, который находится в человеке на эмбриональной стадии.

Кортикальная система есть более совершенный механизм восприятия реальности и принятия решений. Ее ключевая специализация состоит в том, чтобы очищать лимбическую систему от того шума, который она с таким избытком производит в ходе собственной жизнедеятельности. Так достигается ясность и повышается качество выбора.

Более простое наименование для кортикальной системы – это наш разум. Разум в меру своей развитости привносит гармонию в психическую жизнь и разрешает конфликты как чисто мировоззренческой, так и эмоциональной природы. Одновременно разум открывает нам полицентрическую картину взаимосвязей между явлениями жизни – более широкое и детальное видение реальности. Ум становится во всех смыслах больше.

Благодаря разуму мы способны не только к автоматической реакции на типовые стимулы на основании накопленного багажа из шаблонов поведения и восприятия. Мы способны на свежее действие. В отличие от реакции, действие не сидит на тугом поводке прошлого. Оно чутко воспринимает уникальные сигналы текущего и постоянно меняющегося момента.

Благодаря разуму мы можем натянуть вожжи и приостановить переход стимула в мгновенный поведенческий ответ. Это режим ручного и осознанного управления, режим бодрствования и постоянной пробужденности, а не сонный автопилот малого ума.

Разум дает нам возможность взять маленькую паузу и осмотреть окрестности. Тогда оказывается, что у нас намного больше вариантов выбора, чем это раньше представлялось. Он дает простор и свободу движения в этом просторе. Постоянное бодрствование ума не означает, однако, что мы становимся медленными. Со временем пагубных автоматизмов в нас становится все меньше, а их приостановка занимает доли секунды. Очищение ума начинает происходить само собой – осознанно, но при этом фоновым образом.

Кортикальная система позволяет человеку держать глаза широко открытыми и все более и более снимать жизнь с навязчивого автопилота. Состояние такой пробужденности на языке пали обозначается прилагательным bodhi. Если из него сделать существительное, то получится buddha – что буквально и переводится как «пробужденный», «бодрствующий».

Пробужденность означает, что мы находимся в живом, свежем и ясном контакте с меняющимися обстоятельствами жизни. Мы пребываем в ее потоке. Мы перестаем походить на зомби, на живых роботов, которыми управляют принудительные программы жажды и агрессии и не менее принудительное стремление к постоянному увековечиванию своего эго и расширению его личной территории.

Об этом прекрасно написал Виктор Пелевин – один из величайших авторов современного мира. На протяжении десятилетий он находит все новые и новые художественные формы для передачи своего глубочайшего понимания и духовной практики в целом, и буддистского подхода к ней в частности.