Дизайн детства. Игрушки и материальная культура детства с 1700 года до наших дней

В конце XIX — начале XX века, приобретая наборы оловянных солдатиков, немецкие дети и их родители воспроизводили имперские нарративы о силе и господстве. Оловянные солдатики, «завоевавшие мир», появились еще в начале XVIII века. До того как стать детскими игрушками, они были вполне себе взрослым развлечением[689]. В раннемодерных оловянных фигурках Zinnfiguren (солдатиках и сценках военной жизни) из нюрнбергских и других мастерских и магазинчиков неизменно отражались все последние достижения Германии. Не стали исключением и солдатики, сделанные по образцу колониальных и имперских войск[690].

В коллекции игрушек Городского музея Берлина хранится набор солдатиков, выпущенный приблизительно в 1900 году. В этих колониальных солдатиках легко узнать Schutztruppe — колониальные войска Германской Юго-Западной Африки, в серой униформе с характерными широкополыми шляпами. На одной из этих фигурок пальмовый лист за пушкой выдает экзотическое, африканское место действия. Все было устроено так, чтобы подобные мальчишеские игрушки имели выраженный образовательный и политический характер. Разыгрывая воображаемые сражения, мальчики должны были научиться основам военного дела, освоить Tugendkatalog, «перечень добродетелей», весьма отличный от того, который предъявлялся девочкам[691]. В наборе из Городского музея Берлина оловянные солдатики (марширующие и нападающие бойцы) стоят в позах, демонстрирующих их готовность поразить африканских врагов, которые тоже часто присутствовали на игрушечной сцене.

Ил. 12.1. Колониальные оловянные солдатики: германец и африканец. Производитель неизвестен. Ок. 1900

Одна фигурка (ил. 12.1) изображает бой лицом к лицу между африканским «воином» и германским Schutztruppler. У германца есть сабля, которой он насмерть зарубает противника. Всем, кто покупал в то время эту игрушку, был очевиден ее смысл. Она должна была внушать мысль, что победа более дисциплинированных и «цивилизованных» германцев над местным населением неминуема. Эта мысль — часть бытовавшего стереотипа о том, что жизнь местного африканского населения связана с хаосом и беспорядком[692]. Хотя эти империалистические наборы предназначались детям, они откровенно пропагандировали идею власти и доминирования сражающихся германских солдат. Сегодня нам сложно установить, насколько послушно дети Германской империи отыгрывали родительские нарративы о немецком господстве. Вполне возможно, что кому-то из них больше нравились фигурки африканцев, а не фигурки германцев. А кто-то, вероятно, позволял африканским бойцам разбить солдат Schutztruppe.

Растущее влияние колониализма вильгельмовской эпохи отразилось в появлении еще одного вида игрушек массового производства — фигурок животных, Massetiere. Их лепили из мастики, в состав которой входили опилки, каштановая мука, гипс, каолин и клей, а затем расписывали от руки. Подобная техника восходит к старинному способу изготовления игрушечных животных и миниатюр. Примером могут служить оловянные обезьянки, которых в 1780 году делал нюрнбергский игрушечный мастер Иоганн Гильперт. Такие фирмы, как Lineol и Hausser Elastolin, выпускали очень популярные реалистичные фигурки диких животных Африки[693].

Для этих фирм была настолько важна достоверность, что для фигурок фирмы Lineol скульптор Альберт Каазман использовал в качестве моделей животных из Берлинского зоопарка[694]. До недавнего времени исследователи недооценивали влияние, которое оказала широкая доступность этих игрушек на представление буржуазии о нормативной детской игре, — влияние, которому, несомненно, дал толчок германский колониализм. К началу XX века звериное царство Африки завоевало себе постоянное место в комнатах немецких детей.