Дизайн детства. Игрушки и материальная культура детства с 1700 года до наших дней

Опираясь на это раннее воспоминание, Кроха утверждал: то, что взрослые называют «детскими фантазиями», для детей совершенно реально, и «в игрушке для ребенка воплощаются его ощущения». Он хотел убедить игрушечных дизайнеров и фабрикантов Чехословакии признать важную роль ребенка в создании игрушек. Важно отметить, что текст Крохи о детской свободе воли и роли детей в создании игрушек был опубликован в 1964 году журналом Tvar не впервые. Кроха написал его в 1922 году, и первая публикация состоялась в межвоенном журнале о прикладном искусстве «Малые искусства» (Drobné umění), в котором также печаталась Подгайска, Сутнар и другие авангардные дизайнеры[515]. Итак, несмотря на тяжелый период сталинизма и господство в культуре социалистического реализма, авангардные представления об игрушках и детской игре по-прежнему имели вес для дизайнеров в первые годы холодной войны. В какой степени эта тенденция сохранилась после разгрома Пражской весны и в последующий период нормализации, — тема будущего исследования. В дальнейшем изучении нуждаются и смежные темы: игрушка как материальное средство построения коммунизма и возможность взаимодействия с игрушкой для детей в последующие годы холодной войны.

Карен Сток, Кэтрин Уилер 9. ВОССОЗДАТЬ ДОМАШНЮЮ ИГРУ ДОМ-КАЛЕЙДОСКОП

«Это не дом для Барби», — говорят о своем проекте «Дом-Калейдоскоп» (2001) архитектор Питер Уилрайт и художница Лори Симмонс. Домик, вдохновленный утопическими идеями XX века, — это игрушка, которой смогут играть люди любого гендера[516]. Поскольку Симмонс много работала с игрушками и куклами, Ларри Мангел, президент компании Bozart Toys, обратился к ней с предложением сделать кукольный домик[517]. Компания Bozart специализировалась на товарах для кидалтов[518] — и таким остроумным способом заявляла, что ее продукция рассчитана на взрослых, по-прежнему увлеченных игрой, а также на детей, которых интересуют изощренные игрушки. Дом-Калейдоскоп идеально попадает в эту категорию. Кроме того, он разрушает распространенные представления о кукольных домиках прошлого и укрепляет ценности модернизма. В этом проекте больше нет тошнотворного розового цвета и нагромождения однокомнатных этажей наподобие таунхауса[519], как в «домике мечты» Барби. Вместо этого у Дома-Калейдоскопа разноцветная полупрозрачная «оболочка» и открытая модернистская планировка, знаменующая собой идеологическую свободу (ил. 9.1).

Ил. 9.1. Дом-Калейдоскоп. Лори Симмонс и Питер Уилрайт для Bozart Toys, 2001

Дом-Калейдоскоп — это и скульптура, и игрушка: экстравагантная, притягательная и безукоризненно стильная с мебелью и отделкой от современных дизайнеров и художников. В этом смысле он отсылает к изначальной функции кукольных домиков, которые были миниатюрными диковинками, демонстрирующими вкус и богатство взрослых коллекционеров. И в то же время им вполне могут играть дети.

Глянцевый Дом-Калейдоскоп, поставленный на поток массового производства, бесконечно далек от базовых деревянных игрушек и природных объектов — листьев и веточек, которыми рекомендовал играть детям Вальтер Беньямин. Философ критиковал игрушки промышленной эпохи за недостаток своеобразия и творческую зажатость[520]. Однако в Доме-Калейдоскопе соединилось лучшее из промышленности и природы благодаря сочетанию технологий массового производства с вдумчивым дизайном. В него можно просто играть, можно экспериментировать с цветом и светом, можно разыгрывать сюжеты, способные очаровать и детей, и взрослых.

Кроме того, кукольный домик представляет интерес и для взрослых коллекционеров. Ведь он одновременно и тешит фантазию о дизайнерском стиле жизни своего обладателя, и устанавливает для него связь с собственным детством.