Дневник полкового священника. 1904-1906 гг. Из времен Русско-японской войны

Немного забылся от ужасной действительности: уже 2 месяца мы не имеем с родины ни писем, ни телеграмм, а через Шанхай приходят известия самые тревожные, тяжелые и нелепые. В свою очередь, вероятно, и про нас в России распространяются такие же нелепые слухи. Между тем у нас все время тихо и спокойно во всех трех армиях.

В Нежинский полк командирован иеромонах о. Иларион. Но он из простых и наотрез отказался вести беседы с солдатами, не будучи в состоянии этого делать. А беседы необходимы.

1906 год

1 января (д. Паучеинза)

Слава Богу, прошел наконец ужасный 1905 год!

У нас все благополучно. Недавно мы проводили первую партию своих запасных (160 человек). Я служил им молебен. А в конце этого месяца провожаем остальных запасных и отслужившихся нашего полка срока 1900-го года (больше 600 человек).

До нас дошли из Шанхая слухи, что в Москве будто бы произошел настоящий бой между войсками и революционерами, что число убитых и раненых доходит до 20 000. А мы этими бессердечными железнодорожниками и безжалостными почтовыми и телеграфными чиновниками лишены последнего признака нашей жизни в этой могиле-Манчжурии: лишены почты!..

Господь пусть будет им судья!

20 января (д. Паучеинза)

В начале месяца была телеграмма от главнокомандующего ген. Линевича, чтобы наш полк немедленно шел опять на прежние позиции: что-то там хунхузы набедокурили. А это ведь около 300 верст. Да морозы все это время стояли в 25–27 градусов. Признаться сказать, неприятно подействовал на нас этот приказ. Но, слава Богу, дело обошлось и без нас. Тем не менее это обстоятельство затормозило на некоторое время срок нашего отъезда отсюда.

На Хинганском перевале с 3 января начались жестокие морозы, доходившие до 40̊°: замерзли водокачки, рельсы обледенели, и движение приостановилось. А, когда затем оно восстановилось, то вместо 10–15 поездов стали отправлять в сутки только 3– 4 поезда, т. к. во время забастовок попортились от охлаждения целые сотни паровозов.

Затем запасные так безобразно повели себя в пути, что в каждом поезде с ними идет строевая рота. А через это отправка запасных пошла медленнее.

Во Владивостоке моряки опять забушевали, и отсюда повезли туда войска всех родов оружия. Для нас это новая задержка.

Наконец еще обстоятельство. От государя императора пришла телеграмма спешно отправить вне очереди в Россию 3-ю и 37-ю пехотные дивизии. А это ведь целый корпус.

Вот и вышло, что от всех этих причин наша очередь отодвинулась, по крайней мере, на месяц, если не более.

25 января

Сегодня после трехмесячного почти перерыва я получил из родных мест сразу 2 письма: от 13 и 30 ноября. Одно письмо шло 2, 5 месяца, другое около двух. Вот она долгожданная свобода-то! Вот ее результаты!

Господи! Прости им: не ведают, что творят.

В армии у нас полное спокойствие: никаких бунтов нет. Испытав лишения войны и ужасы настоящих сражений, воины наши научились ценить тишину и порядок и рады-радешеньки пожить хоть здесь на зимних квартирах, только бы без мысли о постоянной опасности и возможности быть убитыми.

Осрамились только Владивосток да Чита. Но там моряки, сахалинцы и ссыльные. Особенно активную роль играют будто бы поляки, которых на сибирских дорогах служит масса.

Но ведь к армиям все это не имеет отношения.

10 февраля (д. Паучеинза)

Какое неизреченное утешение быть христианином! Ведь христианин выше всех партий, выше всякого рода проявлений политиканства. Имея Христа в душе, видя в людях братьев, а в земных дарах Божие имущество, порученное нам лишь на время, христианин при всяких правительствах будет прекрасным гражданином, деятельным, честным и мирным человеком.

Мятутся люди, потерявшие Христа из души своей, дышат злобой друг против друга. Злые глуповатые люди спешат исказить, извратить все благие начинания нашего возлюбленного монарха…

Глубоко верю, что не без промысла Божия и не без любви Божией к нам грешным мы задержаны здесь так долго. Не настал еще час нашего служения в России.

Ходят слухи, что во второй половине марта мы наконец-таки поедем отсюда домой. Но мы уже так привыкли к перерешениям и отсрочкам, что поверим только тогда, когда сядем в вагоны,

Да, терпение наше вполне испытано.

3 марта (д. Паучеинза)

Сегодня окончил говенье своего полка и 3-й артиллерийской бригады. 3 недели ежедневно служил и приобщал моих любезных дорогих воинов. Рад послужить им, хотя, конечно, я за это время очень устал.

Дело в том, что мы спешили отговеть, полагая, что в марте поедем в родные края. А сегодня вдруг получили из Харбина довольно правдоподобное известие, что первый эшелон нашего полка двинется только 15 апреля, а штаб полка сядет в вагоны с 3-м эшелоном 17-го числа. Таким образом, в половине мая мы будем дома. Мы уже и этому рады бесконечно. Только и молим теперь Господа, чтобы не переменили и этого расписания.