До Библии. Общая предыстория греческой и еврейской культуры

Поскольку цари являлись правящим классом, царь большую часть своей власти извлекал внутри своего класса, в зависимости от численности войск под его командованием. Ахиллес был царем мирмидонян (Илиада, 16: 211). Однако Агамемнон был выше Ахиллеса, потому что был царем большего количества людей (Илиада, 1: 281 — «повелитель народов несчетных»). Агамемнон с его сотней кораблей командовал самым крупным и лучшим отрядом в войске ахейцев (Илиада, 2: 577–578), а поэтому его поставили во главе всего ахейского войска. Когда мы читаем в Бытии, 14, что Авраам, имевший отряд из 318 «рабов своих, рожденных в доме его», возглавлял коалицию, которая включала трех аморитских вождей племен (по именам Эшкола, Анера и Мамре), мы можем допустить, что отряд Авраама был самым крупным из четырех. Конечно, трудно сравнивать союзный отряд из нескольких сотен плохо вооруженных кочевников и стотысячное войско ахейцев на 1186 кораблях, войско, обладавшее хорошим защитным и иным вооружением (точно таким же, какое имели родственные ахейцам филистимляне).

В то время как страна феаков лежит за пределами реалий этого мира, социальные институты островитян более-менее соответствуют фактической социологии того времени. Алкиной, верховный правитель страны, изображается возглавляющим двенадцать подчиненных царей. Эти двенадцать очень похожи на вождей амфиктионии[40] с высшей властью (Алкиной), поставленной над ними. Когда Алкиной решает наградить Одиссея дарами, он приказывает двенадцати «царям»-басилевсам принести эти дары (Одиссея, 8: 387–395).

Право царя на власть могло прекратиться по болезненности и дряхлости пожилого возраста. Старый Лаэрт когда-то был правителем на острове Кефалиния (Одиссея, 24: 378). И все-таки, когда он достиг печального и тяжкого пожилого возраста, его сын взял в свои руки управление Итакой. В Одиссее сам Одиссей изображается царем, хотя Лаэрт все еще жив. Более того, Лаэрт не живет во дворце Одиссея. Вытеснение отжившего свой век царя его сыном появляется и в легенде о Крете, и в истории Израиля, где наиболее заслуживающий внимания пример — восхождение Соломона на трон, в то время как достигший преклонного возраста Давид все еще был жив.

Не всегда можно было быть уверенным, что отцу наследует его сын. Одиссея, 1: 394–404 сообщает, что на Итаке было много «достойнейших власти и старых и юных», которые могли бы стать преемниками Одиссея, но в любом случае Телемах настаивал на том, что он сохранит за собой владение его домом и рабами, которых оставил ему Одиссей. В Израиле, хотя Давид вырвал силой царствование у дома Саула, он чувствовал себя обязанным отдать имущество Саула наследнику (внуку) Саула (2 Цар., 9: 7).

Если мертвы и царь, и его наследник, то ожидалось, что имуществом распорядятся согласно обычаю. В Одиссее, 2: 331–336 говорится, что в случае смерти Телемаха женихи собирались поделить имущество Телемаха, а дом отдать Пенелопе и ее будущему мужу.

Царь имел право не только раздавать дары, но и отбирать их назад, если он так решит (Илиада, 1: 299). В Угарите мы встречаемся с царскими подарками, выданными или переданными новому фавориту, как только пожелает правитель. Когда Иов (Иов., 1: 21) заявляет, что «Господь дал, Господь и взял», он приписывает Богу право, которым пользовались цари. Фактически суть теократических идей Израиля — Бог — это высший и вечный правитель, имеющий право подарить или передать царские прерогативы. Так, пророк Самуил говорит царю Саулу: «Ныне отторг Господь царство Израильское от тебя, и отдал его ближнему твоему, лучшему тебя» (1 Цар., 15: 28). То, что цари в Израиле имели право передать дары, которые они сделали, видно из 2 Цар., 16: 4, где Давид дает Сиве то, что он даровал прежде Мемфивосфею.

Внутри аристократического сословия ранг значил много. На пирах каждый получал свою долю соразмерно статусу. Выражение типа «пир для всех» (Одиссея, 8: 98; 11: 185 и т. д.) означает на деле «пир по уважению», ибо гости не были равны. На пиру, во время которого Самуил пожелал показать Саулу его статус, повар по указанию Самуила положил перед Саулом «плечо и что было при нем» (1 Цар., 9: 24). Это было «отложено» для Саула «у себя», показывая заслуженное уважение, выказываемое будущему царю на «пиру по уважению». См. Илиаду, 1: 460–461 в отношении мясистых бедер и «сырых останков» как привилегированного угощения богов (Илиада, 1: 460–461), остальное же было съедено на пиру ахейцами (Илиада, 1: 468).