До мурашек. ASMR и другие технологии чувственного воздействия

«Страшный мужчина ловко прыгнул вслед за мной, отшвырнул нож, немедленно пристегнул мои руки-ноги к вделанным в пол кольцам и спросил, почти ласково:

– С чего начнем? Иголочки под ногти? Или сразу пальчики ломать?

Он отошел к подсвеченному стеклянному столу, где в изобилии обнаружились пыточные инструменты. Вернулся со зловещего вида щипцами. Ухватил ими, пока не больно, указательный палец. С неприятным сладострастием пояснил:

– Сейчас чуть-чуть поверну – и он хрустнет…»

Но литературный вымысел есть литературный вымысел. В большинстве случаев границы безопасности не нарушаются, и все ограничивается лишь эмоциональным воздействием.

<p>«Кошмарная» медитация</p>

Вопросом воздействия на человеческий мозг ужастиков, а также различных «аттракционов страха» недавно заинтересовались ученые из Питтсбургского университета (США). Свое исследование они проводили на посетителях одной из так называемых «комнат страха». Участников попросили ответить на ряд вопросов, касающихся их психологического состояния. Помимо опроса, организаторы до и после посещения аттракциона сделали всем испытуемым энцефалограмму мозга.

Казалось бы, столкновение с ужасами должно было повысить у людей уровень тревожности и сделать состояние психики нестабильным. Однако выяснилось, что все с точностью до наоборот.

Когда ученые проанализировали результаты опросов и энцефалографии, то оказалось, что уровень тревожности и даже усталости у участников заметно упал после того, как они побывали в «комнате страха». И чем больший испуг ощущали посетители во время аттракциона, тем лучше они себя чувствовали впоследствии. Более того – практически у всех снизились показатели мозговой активности.

Исследователи полагают, что посещение «комнаты ужасов» дает эффект, схожий с медитативным. Процесс медитации обычно направлен на то, чтобы позволить мозгу расслабиться и прийти в состояние равновесия. Здесь тоже происходит нечто подобное.

Но отчего людей так привлекают сюжеты о вампирах и призраках? «Это экзистенциальные переживания, прикосновения к смерти, – делится психолог Дмитрий Евдунов. – У нас у всех есть переживания, которые находятся за гранью понимания, – смерть, например. Мы не можем ее понять. Но она привлекательна своей неизбежностью. Ты же все равно рано или поздно с этим столкнешься. А все вампиры, маньяки с бензопилами и проч. – это просто „символы“ смерти.

С одной стороны, это соединение с очень глубоким хаосом – так называемые хтонические переживания, когда ты прикасаешься к чему-то запредельному и неизвестному. С другой – ты всегда это контролируешь. То есть ты можешь сунуть пальцы в розетку, зная, что тебя точно не убьет».

<p>Ужасы и ASMR</p>

Итак, людям порой хочется контакта с сильными эмоциями, к которым у них может не быть доступа в реальной жизни. В мире ASMR-контента очень много поджанров, и даже внутри ASMR-сообщества некоторые из них порой вызывают непонимание. Одно из таких спорных направлений – ASMR-контент, тематика которого связана с насилием. Это очень условная классификация: скорее, к этой группе следует отнести все ролики, в которых зрителю предлагают «прожить» ситуацию, когда он оказался в опасности или лишен воли. Например, в видео, где разыгрывается ASMR-kidnapping (похищение), вы можете ощутить себя в роли жертвы, которую схватил и пытает маньяк, секретный агент, сумасшедшая подружка…

Да, все это происходит по ту сторону экрана, но глядя на это, зритель обязательно будет испытывать соответствующие эмоции. Возможно, страх. Возможно, возбуждение. А может, и то и другое, да еще на них наложится ASMR.

ТЫ ЗАХВАЧЕН В ПЛЕН – ДОПРОС С НЕСТЕРПИМЫМИ МУРАШКАМИ

Попробуем разобраться, откуда берется такая реакция.

Во время просмотра ASMR-контента, несмотря на потребность соединиться с некими своими разрушительными, «запретными» фантазиями – например, о жертве, за которой охотится маньяк, – все равно какая-то часть нас знает, что это безопасно. Человек получает возможность реализовать свои тайные потребности, осуществление которых в реальной жизни запрещено, либо ограничено, либо невозможно в принципе. Например, мы можем побыть какое-то время в состоянии, когда наслаждение соединяется со зверским насилием, попробовать его вкус… Вырваться из-под контроля и нарушить запреты – мощный стимул для удовольствия. При этом причудливым образом удовлетворяется наша потребность в свободе и контроле – мы можем в любой момент «выйти из игры». Этот принцип действует и в сексуально-ориентированных практиках, связанных со страхом, болью и ментальными унижениями – там всегда есть так называемое стоп-слово.