Допеть до победы! Роль песни в советском обществе во время Второй мировой войны

Не только солдаты рисковали своей жизнью и здоровьем на фронте. Как следует из дневников, воспоминаний и интервью, артистов тоже подстерегали опасности: минные поля, заминированные мосты, воздушные налеты, вражеские танки, угроза окружения. Это не всегда учитывается, ведь создается впечатление, что артистам везло – им, несмотря на все опасности, удавалось уцелеть и невредимыми вернуться домой. Однако они действительно рисковали и даже погибали на войне. Филиппов рассказал историю 13-й бригады во главе с Л. Лебедевым, которую ЦДРИ и ЦДКА отправили 13 сентября 1941 года из Москвы на Западный фронт в район Вязьмы. В состав бригады входило 13 человек – артисты Театра сатиры, Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко, Театра имени Ленинского комсомола и цирка. Успешно выступив на фронте, бригада попала в окружение и вместе с военными из разных частей пыталась вырваться из него. Четыре участника бригады погибли, остальные были ранены. Двое из числа выживших много лет спустя рассказали об этих событиях Филиппову [Филиппов 1975: 97-108]. Похожая судьба постигла Государственный джазовый оркестр, выехавший в тот же район. Лишь несколько участников вернулись невредимыми, среди них Георгий Виноградов [Скороходов 1982: 63]. В конце августа 1941 года вместе с моряками погибли артисты и артистки Театра Балтийского флота, которые возвращались после выступлений с полуострова Ханко: морской конвой был атакован, и несколько кораблей затонуло [Орлов 1991: 68–70]. Предположительно за время войны в Ленинградской области погибло около 2000 артистов различных жанров [Филиппов 1975: 180]. На сегодняшний день нет статистических данных об общем числе погибших во время войны зовущей в бой, дополняет образом Родины-матери милующей, песней же раны исцеляющей. При этом все бойцы понимают, кому они обязаны явлением Руслановой в окопах, и даже самый молчаливый не забывает поблагодарить правительство. Имя Сталина Русланова не упоминает, поскольку очерк написан после его смерти. Пафосу Руслановой можно противопоставить позицию, сформулированную Б. Сичкиным: «Я просто развлекал бойцов. Работал во фронтовой части хорошего настроения». артистов, но ясно, что многие из них пожертвовали на фронте своим здоровьем и даже жизнью.

Есть сведения об артистах, которые были ранены, но после лечения возобновили выступления на фронте. Певица Екатерина Орленева, которая еще во время Гражданской войны работала в агитпоезде, уже через пять дней после начала боев дала первый концерт в действующей армии. Осенью 1941 года, находясь в расположении 49-й армии, она была ранена, пережила за четыре месяца семь операций и вернулась на сцену в середине 1942 года. Ее преданность профессии была абсолютной, еще в больнице она начала репетировать: «Я шепотком, внутри себя пела, и мне казалось: нет, не потеряла голос. Он вернется ко мне» [Дариенко 1978: 245–247]. Петр Бочков, певец из Ансамбля песни и пляски 18-й армии, в июне 1943 года вместе с товарищами переправился на окруженную фашистами территорию под названием Малая Земля, чтобы выступить перед десантниками. Он был ранен, когда впервые исполнял «Песню о Малой Земле», но вернулся в ансамбль после госпиталя[37] [Дариенко 1978, 169–170].

Даже если во фронтовой бригаде обходилось без потерь, артисты испытывали огромное психологическое напряжение, вызванное воздушными налетами, снайперским огнем, пребыванием на фронте рядом со смертью, разрушением и болью. Этот аспект редко затрагивается в мемуарах, разве только в самом завуалированном виде. Баскина упомянула, что численность их бригады на Карельском фронте уменьшилась, потому что не все смогли выдержать бомбежки. Филиппов писал о танцовщице бригады Тамаре Ткаченко, что она искренно хотела работать на фронте, но очень боялась вражеских налетов и постоянно переживала за родственников в Москве [Филиппов 1975: 51]. Утесов вспоминал «страшный момент»: «Моя дочь в белом концертном платье стояла на эстраде, а над нами пролетала фашистская авиация. Публика, согласно приказу, рассредоточилась». Эдит в своем белом платье представляла идеальную мишень, а ее отец «глядел на самое дорогое существо и думал: проявит она малодушие или нет. Нет, она была достойна своих товарищей-артистов и бойцов». Эдит допела песню до конца[38] [Сахарова 1985: 71]. Участник другой фронтовой бригады рассказывал о том, как поезд, в котором они ехали, начали бомбить, а спрятаться было негде. В некоторых бригадах состояли артисты, которые прошли военную подготовку, умели стрелять и имели при себе оружие. В особо рискованных ситуациях бригадам выделялось военное сопровождение. Тем не менее опасность следовала за артистами по пятам.

В родном городе